– Я как раз собиралась уходить.
Джорджия схватила свою сумочку с круглого стола, за которым сидела еще несколько минут назад, и направилась к выходу.
Как только ее костлявая раздражающая задница скрылась в коридоре, я закрыл за ней дверь.
Дин уже расположился на кровати и, насвистывая, наливал какое-то спиртное из мини-бара с улыбкой на лице.
– Я бы спросил, не хочешь ли ты что-нибудь выпить, но, боюсь, ты решишь, что меня это хоть немного заботит.
Я прислонился плечом к стене и засунул руки в карманы, ожидая, пока он перейдет к делу.
– И это все? А где же «соболезную твоей утрате»? – усмехнулся я.
Выпив двойную порцию виски, Дин повернулся ко мне и указал на меня пустым стаканом.
– Ты, видимо, забыл, сколько провел встреч с моим отцом в его кабинете. Думаешь, я ничего не посчитал? Я знаю эту кухню, Вик. Ты ненавидишь своего отца. Ненавидишь Джозефину. Ненавидишь весь мир. И приехал сюда только ради денег и поместья, ведь так?
Ошибаешься, засранец, я приехал сюда ради мести.
Дин вновь наполнил стакан.
– А где наша маленькая подружка Милли ЛеБлан?
– Там, где ей самое место. В Нью-Йорке. В пентхаусе. В моей постели, – солгал я. – Ох, забыл, это же твоя постель. – Я снова щелкнул зажигалкой. – Так что можешь не переживать. Кстати, я возмещу тебе стоимость кровати, которую мы сломали."
"Он не выглядел удивленным. Да и с чего бы? Он знал, что я хотел Эмилию. Хотел ее тело. Ее девственность. Всю ее. А он забрал это у меня, и это было подло.
И все это понимали. Трент с Джейми все еще подкалывают его из-за этого, когда мы напиваемся. К тому же не стоит игнорировать тот факт, что, если бы Дин и Эмилия действительно любили друг друга, она не стала бы так быстро рвать отношения каждый раз, стоило мне слегка припугнуть ее.
Потому что на самом деле она не хотела его. Эмилия хотела меня.
– Она была моей, – угрюмо сказал Дин, допив второй стакан виски.
Боже. Я запрокинул голову и рассмеялся. Он что, действительно в это верит?
– Да ладно тебе.
Себе-то уж не лги.
Дин скользнул взглядом по моему лицу, обдумывая свой следующий шаг. Ему явно хотелось врезать мне. Причинить мне боль, но при этом не разбить лицо и не устроить беспорядок. Я молча смотрел на него. И даже не пошевелился. В каком-то смысле я и правда заслуживал получить по морде. Как он заслуживал это, когда мы учились в старшей школе. Так что теперь пришла моя очередь получить за свое предательство.
