Автор
В бездушном королевстве, где эмоции вытесняются расчетом и формулировками, глава семьи — бесплотный принц, прятался за лицами своих подданных. Бездушные крики и мольбы защемляли его душу, пока он не нашел способ изменить этот ужас. В мире без чувств, жизнь может быть даже прекраснее без них....
Он намыливает все мое тело, намывая до тех пор, пока пена, стекающая в канализацию, не меняет цвет с черного на серый, а затем на белый. Его пальцы впиваются в мою затекшую шею и плечи. Поливая горячей водой, муж разминает мои напряженные мышцы и узелки, пока я не начинаю чувствовать себя мокрой лапшой, а не свернутым кренделем.
Когда мы заканчиваем, я больше не чувствую усталости. На самом деле, частично я очень даже бодра.
– Теперь моя очередь, – говорю я, растирая Кэла полотенцем. Я провожу по изгибу его широкой спины, вниз по его идеальной заднице, по выпуклым икрам.
Он весь покрыт синяками, царапинами, рубцами и более глубокими порезами от Мясника. И все же я никогда не видела более безупречного тела. Этот мужчина идеален – идеален для меня. Я люблю его формы, его запах, его руки, обнимающие меня.
Я поворачиваю его и вытираю спереди, начиная со ступней и двигаясь вверх. После бедер я подбираюсь к его толстому набухшему члену, теплому и чистому после душа. Беру его в руку, чувствуя, как он становится больше.
Он притягивает меня ближе.
– Предполагалось, что я буду о тебе заботиться, – ворчит муж.
– Подожди минутку, – говорю я.
Я беру его член в рот, нежно посасывая головку. Он увеличился целиком, даже кожа туго натянута. Я пробегаю языком по всей длине, то долгими и плавными мазками, то легкими щекочущими движениями.
Невероятно сложно обращаться с членом такого размера. Я начинаю уважать порнозвезд. Как вообще им удается целиком брать в рот такое богатство? Мне стоило обучаться на шпагоглотателя.
Мне удается скользнуть почти до половины, но потом я давлюсь и возвращаюсь назад."
"Похоже, Кэллам не против. Думаю, он позволил бы мне практиковаться всю ночь напролет.
Я и вправду могла бы продолжать так всю ночь. Нет ничего более интимного и доверительного, чем позволить другому человеку ласкать ртом самую уязвимую часть себя. Я еще никогда не хотела доставлять кому-то столько удовольствия. Сегодня Кэллам спас мне жизнь.
