Только она могла поверить, что часы можно вернуть. Я никогда даже не думал, что это вообще возможно. Она не сдалась бы, даже если бы пришлось осушить все чертово озеро.
Обожаю эту женщину. День, когда она подожгла мой дом, был лучшим в моей жизни.
Не зря говорят про ирландскую удачу – извращенную. Необъяснимую. И совершенно фантастическую.
– Простишь ли ты меня, что они вообще пропали? – спрашивает она, обхватывая мою руку своей маленькой ладошкой.
– Не стоило бы мне говорить, сколько всего может сойти тебе с рук, Аида, – отвечаю я, качая головой. – Но ты и так знаешь, что я прощу тебе что угодно.
– Что угодно? – спрашивает она, сверкая проказливой улыбкой.
– Да, – отвечаю я. – Но можно мы не будем проверять это на практике?
Аида тянется через стол, чтобы поцеловать меня.
Она придвигается еще немного, чтобы коснуться своим носом моего.
– Я люблю тебя, – говорит она. – Я уже тебе это говорила?
– Нет, – широко улыбаюсь я. – Скажи еще раз."