Огромный камень упав на сердце: одна слеза на лице девушки вызывает непрекращающуюся злость в душе Безопасника. Он задумчиво смотрит, как девушка вытирает платком шоколадную кляксу с лица. В этот момент он понимает, что его судьба – быть вечным исповедником её грехов, готового на всё ради молчаливого проступка....
Казалось бы, только что позанимался сексом с Вероникой, член ещё до конца не успел опасть, а его уже снова тянуло к ней. Запах её волос вдохнуть, пальцами по коже провести, прижать к себе. Нет, не прижать, впечатать. Так, чтобы была близко-близко. Полностью накрыть своим телом. Когда ложились спать, всегда укладывал её на себя.
– Я тяжелая, – услышав подобное заявление от неё, громко рассмеялся. – Чего ты смеешься? Я вешу прилично.
– А, ну, спи, златовласка. Тяжелая она…
Для него она была пушинкой. Легкой. Постоянно хотелось носить её на руках.
Находясь в Крыму, постоянно испытывал потребность позвонить ей, услышать её голос. И когда она не отвечала, начинал злиться. Даже пару раз отправлял парней, чтобы убедиться, что она в безопасности.
И одна.
Да, мать вашу, одна!
Егор ревновал. Не понимал, откуда взялось это пакостное чувство, но ревновал её безумно. Стоило только представить, что кто-то к ней будет подкатывать во время его отсутствия… Всё, зверел.
У него были увлечения, когда с одной девушкой он задерживался на несколько месяцев. Они приятно проводили время, ужинали в ресторанах, посещали клубы. Потом ехали на квартиру. Всё всем понятно. Егор не скупился на подарки и поддержку, по возможности не отказывая в просьбах, если они, конечно, не выходили за рамки.
"Но он никогда не горел. Не рвался, как безумный, к девушке, не жаждал знать, что она делает и с кем. Если чувствовал, что нет желания у него в ней общаться, звонил или приезжал и спокойно обо всем сообщал. Никогда не скрывал, что женат, и разводиться не собирается. Никто не жаловался и ни на что большее не претендовал.
С Вероникой всё было иначе.
Взять даже поездку на базу отдыха. По сути, он её вынудил с ним поехать. Поставил её перед фактом, что она будет его любовницей.
Но всегда существовало долбанное «но».
Они вернулись в город. И что дальше? Про их отношения речи не вели. Раньше Егор даже не заморачивался по поводу расставления точек над «i». Девушки, что проводили с ним время, всё понимали без лишних слов.
Ника – другая.
