Огромный камень упав на сердце: одна слеза на лице девушки вызывает непрекращающуюся злость в душе Безопасника. Он задумчиво смотрит, как девушка вытирает платком шоколадную кляксу с лица. В этот момент он понимает, что его судьба – быть вечным исповедником её грехов, готового на всё ради молчаливого проступка....
А рациональная часть Вероники говорила ей, что, если бы Ника что-то значила в его жизни, а была бы не только телом, он бы позвонил. Настоящие мужчины всегда звонят первыми, так говорила мама. Да и Ника такого же мнения придерживалась.
Накосячила Ника. Накосячил Егор. И кто первый должен сделать шаг к примирению?
Возможно, Ника и сделала бы, если бы не боялась. Если бы её всю не выворачивало от жгучего липкого страха, что поселился в душе. Позвонит она и услышит холодное: «Тебе не стоило звонить». Или и вовсе не ответит.
Глупо было отрицать, что Ника попалась. Что она влюбилась в Беркутова.
И эта любовь сейчас разъедала её изнутри. А всё почему?.. Потому что она не уверена в чувствах и симпатиях Егора. Они никогда о них не говорили. Да и когда им говорить-то… Их знакомство только начиналось, и грозилось закончиться, оборваться на дурацкой ноте.
Ника созвонилась с родителями. Мама сразу почувствовала, что с ней что-то не так.
– Никуль, всё хорошо?
– Да, конечно, – она постаралась ответить, как можно бодрее.
– Точно?
– Точно.
– Давай-ка на выходных к нам, – уже тоном, не терпящим возражений, сказала мама, и тут Ника сдалась:
– Хорошо, приеду.
– Вот и отлично.
– Как папа?
– Соскучился по своему единственному чаду. Ну, и тут намекаем, что пора бы и о внуках подумать.
Ника улыбнулась. Где-то она уже фразу про внуков слышала.
На четвертый день, чтобы не сойти с ума и не завыть от одиночества в четырех стенах, она набрала Лорку.
– Привет.
– Ну, привет, пропавшая. Объявилась-таки. И тебе не стыдно? – Лариса была в своем репертуаре, но Ника сейчас, как никогда, была рада слышать её трындычание.
– Стыдно. Готова покаяться. Роллами, закусками, вином и водкой. Или что там пьет твой Ленчик.
– О, как даже, – Лорка даже присвистнула. – Ты сейчас серьезно?
– Абсолютно. Устроим сабантуй.
– То бишь, ты предлагаешь напиться?
– Так точно.
– А чем тебе не угодил женский коллектив? Давай без Лёнчика.
– Поругались?
– Не, у нас с ним всё ок.
– Тогда давай и его.
– Боишься, что приставать с вопросами буду?
– В самое яблочко.
– Так я и в его присутствии пристану! – Лорка рассмеялась.
– Но я не буду так откровенна.
– Всё скрываешь? – голос подруги изменился, враз стал серьезнее.
– Я просто пока не готова обсуждать свою личную жизнь. Тебя-то ведь она интересует?
– Конечно, она, родимая. Лёнчик говорит, что их Беркут ходит злой, как чёрт. Всех дрючит. Даже приближенных.
