В начале 2023 года, чувствуя таинственную тревогу извнутренней вселенной, я и мои спутники скользим через струны времени. Время здесь не движется так как мы знаем его в Земле, но мы двигаемся — быстро, стремительно уменьшая промежуток между нами и нашими противниками. Моя последняя цель — море, но даже океан уже недостаточно для меня....
Только в ватагу Лодмура мне точно нельзя — там уже троица моих «лучших друзей» пристроилась. Патарке понятно, что никто не откажет, а этот гад за собой протащил и Гауча с Брагом. Ходят теперь по деревне, носы задрав. Охотнички, блин! И плевать им, что подспорники только, каких в настоящий поход за серьёзным зверем никто не возьмёт. Им не добыча нужна, а почётное звание — перед детворой выпендриться.
От Варсага науки не обломилось совсем. Сказал: «Слабаки не нужны», и на этом всё. На попытку оспорить так зыркнул, что я мигом удрал.
Дождался, когда из похода, где те шесть дней провели, вернутся его ватажники — и следующим утром прямиком к старшине. Пришли они с богатой добычей — окромя всякой мелочи старого барсука смогли взять. Шепчутся, что помимо бобов троероста год жизни в нём был. Или два даже.
Подстерёг старшину возле хаты, чтобы не дома при семье говорить, и в лоб выдал:
— Дядя Глум, возьми в ватагу подспорником. По годам прохожу. Ловкий, опыт немного имею, — и самое главное, пока не перебили: — Я хорта убил.
Не то, чтобы с хортом только моя заслуга, но решающий удар нанёс я, так что за брехню не считаем. Глум нахмурился. Бросил быстрые взгляды по сторонам. Никого вроде рядом.
— Набрал уже. Звиняй, малый. Может, после замера.
Я тихо помянул йока. Какой замер? Сейчас только лета начало, а троерост замеряют по осени. И то к концу ближе. Нет у меня столько времени ждать.
— Возьми, дядя Глум. От доли откажусь. Очень надо.
Густая бровь охотника дёрнулась. Подспорнику без доли с общей добычи вообще никакого смысла нет в ватаге ходить. Своей личной у них почти не бывает. Младших только на облавы и загоны берут, на подхват для количества.
— Опыта поднабраться решил… — уважительно протянул Глум. Но карие глаза тут же блеснули гневом.
— Ради названных братишек, сестрёнок и прошусь к вам, — обиделся я. — От общины нам, сиротам, крохи перепадают. Хочу подкормить хоть немного, пока в батраки не отдали. Без доли готов походить, пока пользу от меня не заметите. Я ловкий.
— Слышал про твою ловкость уже, — фыркнул в бороду Глум. — По болоту от годовалого муфра уйти много ума не надо. Кыш, малой. После замера продолжим.
