Я как раз дошла до навеса снаружи, когда остановилась, увидев знакомое лицо.
— Джианна, — улыбка Винсента была слабой. — Не знал, найду ли я тебя здесь.
— Конечно, я пришла. Это последнее «ура»Блэки. Я должна была пожелать ему удачи на его пенсии. — я прикусила губу, когда между нами зазвучали мягкие капли дождя. — Я думала, ты сегодня улетаешь?
— Погода перенесла перелёт на завтра. — он выглядел смущенным, его взгляд опустился на тротуар. — Я собирался пригласить тебя...
— Ты не должен объясняться, Винсент. Я все понимаю.
Я не должна была расстраиваться — я не смогла бы присоединиться, даже если бы захотела— но все еще чувствовала укол отказа.
Я вышла из-под навеса и направилась к тротуару, чтобы поймать такси. Дождь был долгожданным облегчением от жары, падая на мою кожу жирными каплями.
Он провел рукой по волосам и вздохнул.
— Мне не нравится чувствовать себя трусом.
— Почему ты чувствуешь себя трусом?
Он открыл рот, потом закрыл.
В животе нарастало тревожное чувство.
— Почему ты чувствуешь себя трусом, Винсент?
— В последнее время я тебя никуда не приглашал, потому что не хотел навлечь на тебя неприятности, но... я был бы лжецом, если бы сказал, что это не имеет никакого отношения к самосохранению.
— О чем ты говоришь?
— Теперь я понимаю... — он отвлекся, когда его взгляд пробежал по моему телу, по платью, которое, вероятно, уже было прозрачным. — Вот, держи.
Он снял пиджак и положил его мне на плечи— как всегда, образцовый джентльмен.
— Я знаю, что ты немного не в моей лиге, когда дело касается твоей семьи, но теперь я понимаю, почему ты так осторожна с ними.
Мои щеки согрелись от смущения. Кто-то наведывался к нему. Скорее всего, угрожал.
Он потер затылок, понимая, о чем я его спрашиваю.
— Я не спрашивал его имени. Он был крупнее и внушал страх.
Я стиснула зубы, чтобы успокоиться.
— У него был значок, и он заставил меня почувствовать себя преступником только за то, что ты мне нравишься, если быть честным.
У меня перехватило дыхание, и я очень медленно задала следующий вопрос.
— Ты сказал, у него был значок?
— Да, ФБР, хочешь верь, хочешь нет.
Мой смех был мрачным.
— Ох, могу в это поверить.
Этот сукин сын. Я убью его. Хладнокровно убью. Брошу его тело акулам.
Была ли моя жизнь для него развлечением? Игрой, как и все остальные, в которые мы играли? Разочарование билось у меня в горле.
— Я хочу, чтобы ты знала, что я не игнорировал тебя, Джианна. Я просто думаю, что будет лучше, если мы... расстанемся.
Отлично.
