В пещере из чёрного базальта, где солнце лишь слабо бьётся сквозь тёмные стены, мужчина пытается говорить ровно. Даже ребёнок в это мгновение вырывается из его внимания. Полдень миновал, но сумерки уже крадутся в Тронный Зал под песками. Слуги зажигают свечи, их свет мягко танцует по доскам и шёлку, переливающемуся как огонь из ночи....
Он вкладывает всю силу, вонзая меч в сердце старшему Квинтилию. Сталь проламывает нагрудник, проходит сквозь тело и окровавленным концом выходит сзади. Я отворачиваюсь, слушая, как через несколько мгновений тело грузно падает на землю, знаменуя конец этой бойни. Я не чувствую ничего, кроме подкатывающей к горлу тошноты и пустоты в сердце, когда знакомая преграда вырастает у меня в сознании. Она отрезает весь пережитый панический ужас, а вместе с тем лишает какой-то важной части меня самой.
Глава 22
Айла
– Что я наделала, Анис?
Мои руки трясутся, пока Назари пытается дать мне пузырёк с кровью Ойро.
– Я не знаю, Айла.
Анис, который всегда отшучивался и улыбался, стараясь улучшить моё настроение или поддержать, сейчас говорит серьёзно, поглядывая через плечо на Ойро, которая, свесив голову, всё так же стоит на коленях в грязном снегу и чьей-то крови. Сестра до этого момента хоть немного обращала внимание на происходящее, смотрела, как Демьян разбирается с Клетусом, но теперь потеряла всякий интерес. Она даже не оборачивается, чтобы взглянуть на меня или Рушана, который, к всеобщему облегчению, уже может сесть.
– Ты отдала ей всё? – прерывает мои мысли Анис.
– Нет, только контроль. Дар видеть прошлое и немного теней, что у меня были, при мне.
– Твои глаза… они больше не разные.
Я вновь перевожу всё внимание с сестры на Аниса.
– Какие они?
– Серые, сверкают, как у Даяна.
В замешательстве касаюсь своего лица, но не могу увидеть то, о чём говорит друг. Я оглядываю место битвы и последствия произошедшего."
"Среди наших солдат и теялийцев в живых в лучшем случае половина, от каиданцев лишь несколько десятков, но их и изначально было меньше.
