В Безупречном плане жесткие тени и холодная мимикрия скрываются за легкой повседневностью. Человек с циферблатом и безрадостным взглядом встречает старуху, возвращающуюся домой после долгого дня. Постепенность их движений прикрывает тонкую нить коварства, пока они не вынуждены совместно спуститься по лестнице и прохождать через серые коридоры захламленного подъезда....
Валентина, мать вашу! Краем глаза заметив открытую дверь, Егор поймал Настю за тонкую руку и потянул на кровать. А завалив в постель, подмял под себя.
— Не бойся, сейчас не трахну, — просипел он ей на ухо. — Это маленькое шоу для Валентины.
Настя, неожиданно упав на кровать, сразу почувствовала всю тяжесть Каймана и попробовала вырваться. Но глянув из-за его плеча на дверь, приметила толстую экономку, замершую в проеме.
— Как скажешь, милый, — прошептала она, чувствуя себя роковой женщиной, — и собственническим жестом зарылась пальцами в волосы Егора.
— Прибирает, — пробормотал Кайман, в одно мгновение отпрянув в сторону, и добавил раздраженно: — Ушла. Можешь покинуть мою кровать и мою комнату.
— Ты точно встанешь? — проблеяла Настя. — Бэлла волнуется, что опоздаешь…
— Я уже встал, Настенька, — рыкнул Егор, заворачивая простыню вокруг бедер. — Спасибо, дорогая!
Она, как ошпаренная, отскочила в сторону и стремглав кинулась прочь из комнаты, прошипев по дороге:
— Придурок!
— Змеюка, — хмыкнул Кайман и прикусил язык.
«Во Владик? — прислушался к себе Кайман. — Да и Калининграда достаточно! Лишь бы отдохнуть от сумасшедшего дома и его обитателей».
Но понимая, что это невозможно, тяжело вздохнул и отправился в гардеробную выбирать костюм.
Егор относился к строгим костюмам как к пижаме. Удобно, всегда прилично и, в отличие от джинсов, нигде ничего не натирает. Но сегодня захотелось надеть черную майку и такие же джинсы, да еще и сандалии на босу ногу. И когда он в таком виде заявился на кухню, отец удрученно полюбопытствовал:
— Ты на работу собираешься или какие-то гульки?
— Да, я с тобой, — предупредительно кивнул Кайман.
— Развлекайся, сынок, — бросил Илья. — Только к чему на работе сидеть до позднего вечера?
— Дел накопилось, пап, — сумрачно бросил Егор. — Ночью договоры хотел вычитать, так уснул.
— Что там с макетом? — неожиданно поинтересовался отец. — Архитекторы его переделали? Если нет, ищи других.
— Сам об этом подумал, — тут же соврал Кайман.
