В Безупречном плане жесткие тени и холодная мимикрия скрываются за легкой повседневностью. Человек с циферблатом и безрадостным взглядом встречает старуху, возвращающуюся домой после долгого дня. Постепенность их движений прикрывает тонкую нить коварства, пока они не вынуждены совместно спуститься по лестнице и прохождать через серые коридоры захламленного подъезда....
Почувствовал под ладонью накачанное мускулистое тело. Бэлла не только плавала по утрам, но и посещала днем спортивный клуб, где ежедневно больше часа истязала себя на тренажерах.
«Нравиться хочет, — мысленно отметил Аллигатор старания жены. — Это я должен ей угождать, коли она меня на пятнадцать лет моложе. А поди ты, боится потерять, в любви клянется. Жаль, что мне не суждено любить тебя, Бэлка», — поморщился он, вспоминая, как тридцать один год назад привез ее в только построенный дом на улицеМатросова и даже умудрился разместить в отдельной комнате.
— Мне страшно, — прошептала тогда Бэлка, косясь на длинный коридор, заставленный строительными материалами и мусором. — Вдруг ворвутся меня убивать, а ты не услышишь.
— Не бойся, — пробормотал он, огладив ее по плечу. — Ко мне никто не сунется. Не посмеет.
— Ты знаешь, кто грохнул Пашку? — огромные глаза наполнились слезами и уставились на него с мольбой: «Скажи! Пожалуйста, скажи!»
Естественно, Илья знал. Фора тоже. Но кто бы стал посвящать беременную женщину в мужские проблемы.
— Понятия не имею, — с ходу соврал он. — Разберемся, Белочка. Пашка был нашим другом. Разберемся и отомстим.
Она кивнула, будто больше ничего и не требовалась, и отправилась к себе в комнату. Только попросила тревожно:
— Илья, пусть дверь в спальню останется открытой. Мне очень страшно.
— Может, накапать что-то успокоительное? — растерянно осведомился он, не понимая, как вести себя с женщиной на сносях.
— Нет, — мотнула она головой.
— Кто такое сказал? — рыкнул он, схватив ее за руку. — Убью любого…
— Мой брат, — криво усмехнулась она. — Но ты же его пощадишь?
— Придется, — кивнул Илья, направляясь на кухню. — Есть хочешь?
— Нет, — печально отказалась она. — Лучше лягу.
Он прошел на кухню, налил в кастрюльку вчерашнего борща, принесенного матерью. Плеснул в стакан водки. Потом обстоятельно сел ужинать, отметая от себя тревожные мысли.
— Ты что? — перепугался он, намереваясь везти ее в больницу. — Пора?
— Привиделось, что и меня убивают вместе с Пашей, — всхлипнула Бэлла.
— В мой дом никто не сунется, — рыкнул он и осторожно погладил ее по голове.
