— Смотри мне… Я не Разумовский, цацкаться не буду…
— Заткнись уж, конфетка… Достала ныть. Никитосу позвони лучше, как договаривались. Я гонорар жду вообще-то…
Алиса достала из заднего кармана джинсов вроде как украденный телефон, перевела из авиарежима в обычный, позвонила Никите.
— Ты все снял, что хотел?
— Все… Молодец, кадры отменные вышли.
Алиса хмыкнула довольно. Еще бы… Она старалась.
— Твой друг гонорар требует… — скосила взгляд на «братика»…
— Будет гонорар. Все будет. И твой будет… Заслужили.
По голосу Разумовского было слышно, что он чертовски доволен. И, как ни странно, раздраженную Алису это радовало.
— Ты завтра придешь на представление посмотреть к нам? — и получить официальное приглашение было приятно.
— Подумаю… Если у нас на выпускном совсем тухло будет — к вам приду.
— Договорились…
Алиса скинула, улыбнулась.
— Неужели вам их не жалко? — удивилась, когда бугай обычным человеческим тоном вопрос задал. Он был в курсе плана в общих чертах. Но как-то до этого момента свои сомнения по поводу жалости и порядочности при себе держал, а тут…
— Совершенно. Это забавно…
Филимонова же ответила искренне, пожимая плечами. О жалости речи не шло. Никогда, в принципе…
* * *— Алло, Марин?
— Да, Коть, что с голосом? У тебя все нормально?
— Да, все хорошо, я просто… можешь забрать меня? Мне очень нужно…
— Ты где?
— В парке Шевченка.
— Буду через десять минут… — Марина скинула, разворачивая машину в нужном направлении. Голос Кати ей совсем не понравился. Сдавленный, тусклый, будто плач сдерживает…
Катя же… таки разрыдалась, сидя в довольно темном уже парке на лавке. Она прождала полтора часа. Что мать, что Андрея. И все впустую…
Сначала он написал, что слегка задержится, потом позвонил и сказал, что задержится подольше, потом скинул звонок, потом набрал и сообщил, что уже едет… но от этого не стало легче. Не приехал.
А Лена… даже не писала, не звонила, просто скидывала… Каждый из пяти звонков, которые Катя позволяла себе с приличным, как ей казалось, интервалом, скидывали и все…
Передумала, видимо, а лично признаться не хватило духу… Или снова под кайфом. Кайф ведь в приоритете. Всегда был. Ничего не изменилось…
Катя тихо всхлипывала, пряча лицо в руках. Не хотелось внимание привлекать. И домой тоже не хотелось. Поэтому она позвонила Марине. Человеку, который обещал быть через десять минут, а подъехал через пять, увидев заплаканное лицо девочки — в бешенство пришел.
— Кто тебя обидел? Коть! Ану посмотри на меня! Руки-ноги целы? У тебя украли что-то? Что случилось?
Катя всхлипывала, пытаясь дыхание выровнять и внятно ответить, но все не получалось. Сбивалась и заикалась.