В безудержной скачке отчаяния, девушка-героиня бежит от парня, которого считала идеалом. Пока он играет с ней как кот с мышкой, обделяя вниманием и любовью. Но когда она просыпается, снова окунутая в обыденность, понимает, что настоящего счастья для него не существует.
— Я готова, можем идти…
— Покажи татуировку, Кать…
Веселова невозможно было переиграть в наглости. Во всяком случае, у Кати ни разу в жизни не получалось. Она только мысленно похвалила себя за то, какая умничка, что так достойно из ситуации вышла, а он снова обескуражил.
— Я же увидел. Есть она.
— Фиг тебе, а не татуировка, Веселов. Марш отсюда! — Катя пальцем указала, куда ему стоит свалить, присела, провела пару раз по шерсти трущегося о ноги Кота. — Молодец, Котичка. Молодец. Нефиг поощрять вуайеристов, да?
Глянула на Андрея будто презрительно, поднялась… Хотела мимо гордо пройти, да только…
Андрей ее за руку поймал, к себе притянул, обнял неожиданно, лицом уткнулся в волосы, руками скользнул по бедрам, задирая ткань, обжигая кожу, шепнул на ухо практически…
— Все равно покажешь рано или поздно… Мы оба это знаем… — отпустил так же резко, а потом, насвистывая, уже он в коридор пошел, Катя же… заново дышать училась еще с минуту…
* * *— Помнишь, значит, — к ее дому они ехали в основном молча.
Андрей адрес не спрашивал, Катя же с замиранием сердца следила за тем, как он каждый раз на нужную улицу сворачивает.
— Мне на память рано жаловаться, Самойлова. Я многое помню, даже иногда хотелось бы поменьше.
Грустная шутка получилась, оба это понимали, оба так же и усмехнулись невесело.
— Тебя забрать вечером или отец отвезет?
— Отец.
— Ок… Я бы предложил привет передать, но боюсь…
— Правильно боишься. Езжай уже… И спасибо…
Андрей кивнул, Катя из машины выскочила."
"Проследила за тем, как Мазда делает круг почета, выезжает из двора…
— Господи, что ты творишь, Катька? — и только теперь девушка позволила себе дать волю эмоциям. Коленки тряслись, не держали совсем, она на скамейку опустилась, которая до сих пор на своем месте стояла, руками лицо закрыла, чувствуя, как дрожь по телу ходит.
Страшно было. Страшнее, чем в прошлый раз. Тогда больше за него боялась, на своей шкуре еще не почувствовав, насколько больно, когда любовь предают, а сейчас за себя, ведь теперь-то знала… Но стоило ему рядом оказаться… бросало — то в любовь, то в ненависть.
Пора завязывать с бутербродами. Точно пора…
* * *Семейный вечер в кругу Самойловых прошел отлично.
