В безудержной скачке отчаяния, девушка-героиня бежит от парня, которого считала идеалом. Пока он играет с ней как кот с мышкой, обделяя вниманием и любовью. Но когда она просыпается, снова окунутая в обыденность, понимает, что настоящего счастья для него не существует.
Вот только проходя мимо той лавки, на которой вчера Андрея увидела, почему-то взглядом на ней задержалась… между досок были засунуты обрывки бумаги, стоило сощуриться и присмотреться, Катя поняла — фотографии. Глянув по сторонам, девушка подошла, словно воришка, вытянула эти обрывки, в карман спрятала.
Сама бы толком не сказала, зачем это сделала, но даже понимая, что глупостями занимается, выбросить не решилась.
Может это и не его фотография вовсе, а если его — то ей какое дело? Катя не знала. Вообще не знала, почему история этого парня ее вдруг зацепила, но зацепила ведь… Поэтому к фото она собиралась вернуться вечером.
* * *— Спасибо, Снеж, я у себя буду, уроки…
— Ок…"
"Быстро заглотив, как утка, приготовленный мачехой обед, Катя отправила тарелку в посудомойку, вернулась в коридор, почему-то затаив дыхание, нырнула рукой в карман своего же пальто, чтобы достать оттуда те самые загадочные клочки…
Ощущение, что она делает что-то неправильное, сохранялось. И даже усиливалось каждый раз, когда, идя домой после занятия с репетитором, на горизонте появлялась очередная урна…
Но выбросить фотку она так и не решилась.
— Я сосредоточиться хочу, поэтому закроюсь, — Катя крикнула уже из своей комнаты, и даже особо не заботилась о том, чтобы получить еще одно «ок».
Замок щелкнул, она подошла к столу, высыпая обрывки.
Сначала перевернула их все, как паззлы, а потом начала собирать.
Это было фото девушки. Осознав это, у Кати даже руки затряслись почему-то и похолодели. Она и сама бы себе не объяснила, почему процесс вызывает в ней такую реакцию, но справиться с собой не могла — руки продолжали мелко содрогаться, а Самойлова кусочек за кусочком собирала портрет жестокой возлюбленной Андрея Веселова…
* * *Сегодня Андрей закончил все свои домашние дела намного раньше, чем вчера, уроки делать отчаянно не хотелось, хотя бы потому, что для этого надо было первым делом заставить себя написать той самой Кате в Мессенджере…
Нет, против самой девочки он ничего не имел, даже наоборот — она ему по-человечески нравилась.
