В бездну древних лесов и скрывающихся под ними тайн Энва видит светлое будущее после долгих лет тьмы. Ее голос и музыка способны вызвать в себе жертву даже самого отвратительного из зверей, но Дакр приходит не для этого. Здесь начинается новое безжалостное клятвенное обязательство – как для него, так и для нее....
Это очень срочно.
– Что случилось? – подошла к ним Этти."
"Айрис прикусила губу, но все же отдала письмо Романа. Она наблюдала, как Этти читает его, а потом переводит на нее округлившиеся карие глаза.
– Марисоль ведь говорила, что Киган в Хоукшире? – прошептала Этти.
Айрис только кивнула. Ей казалось, что в горле что-то застряло. Глаза горели. Она потерла их, и к кончику пальца прилипла ресница.
– Зачем тебе нужно в Хоукшир? – спросил Тобиас, подходя ближе.
Этти посмотрела на Айрис. Та склонила голову в знак согласия, и Этти отдала ему письмо.
«Вот что имел в виду Роман», – подумала Айрис. Его письмо предназначалось ей одной, но чтобы предотвратить катастрофу в Хоукшире, ей придется показать его другим. Придется рассказать, как она его получила. Придется выдать эти драгоценные секреты, и она чувствовала себя уязвимой.
Дочитав письмо, Тобиас медленно, глубоко вздохнул.
– Как ты это получила? Кто такой Р.?
– Долгая история, – сказала Айрис, покраснев.
Тобиас задумался с суровым выражением лица, потом вернул письмо.
– У тебя будет с избытком времени рассказать по пути. Собирай вещи. Я отвезу тебя в Хоукшир.
18
Всего лишь туман и воспоминания
Роман вслед за Дакром переступил порог гостиной и спустился по вырубленной в камне лестнице, оставив позади залитый утренним солнцем Мерроу. Он нес с собой пишущую машинку и письма Элизабет, сложенные и спрятанные во внутреннем кармане. Он знал, что на рассвете Дакр возьмет его с собой в подземное царство, но не смог уничтожить ее письма, пока находился один в своей комнате.
Наконец они вступили в узкий коридор, освещенный факелами. Дальше некоторое время шли молча, и единственными звуками были стук шагов и шум дыхания. Но Роман почувствовал, что пол имел небольшой уклон, словно они спускались все дальше вниз. Внезапно коридор закончился, и они вошли в огромную комнату. «Наверное, “комната” – неудачное слово», – подумал Роман, остановившись и задрав голову, чтобы рассмотреть все помещение.
Оно было обширным и оживленным, как внутренний двор на рыночной площади.
