Автор
В Безжалостных святых читатель оказывается в мире, где добра и зла гораздо более взаимосвязаны, чем можно подумать. Атмосфера напряженная и мрачная, как серый день в провинции, но в ней скрываются тончайшие детали и сложности отношений между людьми. Каждый персонаж — это кирпичик большого пазла, который создает картину жизни и душевной борьбы главных героев....
Его рот насилует мои губы. Его прикосновение впивается в мою кожу.
Дэмиен требует, чтобы я была у него в долгу.
Когда он забирает мое тело, мое сердце и мою душу, я ничего не могу сделать, чтобы остановить его.
Я начинаю хныкать ему в рот, когда его толчки становятся грубее, поражая меня так глубоко. Каждый раз, когда он наполняет меня, удовольствие поражает подобно удару молнии.
Его тело владеет моим, и когда он рычит:
— Кончай, принцесса, – оно слушается. Я взрываюсь под ним, превращаясь в неузнаваемый беспорядок, который только он может собрать обратно.
Крик вырывается из меня, когда меня охватывает интенсивный оргазм, мое тело сотрясается в конвульсиях под телом Дэмиена. Его глаза прикованы к моим, когда он видит, как я разваливаюсь на части из-за него.
Когда сильное удовольствие обнажает меня, черты Дэмиена напрягаются, собственническое выражение навсегда запечатлевается на его лице.
— Моя, – рычит он, а затем находит свое собственное освобождение, его тело дергается, когда он наполняет меня.
Удовольствие омывает лицо Дэмиена, и никогда еще он не выглядел более жестоким и более красивым.
Безжалостный русский Бог, и я принадлежу ему.
— Твоя, – мне удается выдохнуть, и Дэмиен снова теряет рассудок."
"_______________________________________________
ДЭМИЕН
Я медленно вонзаюсь в Уинтер, на последних волнах удовольствия. Будучи до Уинтер только со шлюхами, я никогда не испытывал оргазма больше одного раза.
Когда мое тело прижимается к телу Уинтер, и мы смотрим друг на друга, одно осознание выделяется среди всех остальных – она моя. Кровавая принцесса принадлежит мне и только мне.
Когда она, наконец, подчинилась, это что-то сломало внутри меня. Не только я заявил права на нее, но и такое чувство, что она тоже заявила права на меня.
Мои глаза ищут ее, и когда я вижу тепло, расцветающее в ее изумрудных радужках, мои губы приподнимаются.
— Мой маленький боец, – бормочу я, не собираясь вставать.
Уинтер ослабляет мою хватку на ее запястьях, и я отпускаю ее. Она опускает руки и, взяв меня за подбородок, поднимает голову и прижимается нежным поцелуем к моим губам. Откидывает голову на кровать, ее глаза скользят по моему лицу, в то время как кончики ее пальцев касаются моей челюсти.
