Автор
В палатачке таблетки голубого прозрачного одеяния вызывают жуткий восторг и непередаваемый стыд. Они делают тебя чувствовать, словно будешь играть роль святой Марии, но только без христианской заботы о мире. А та самая Милана с подозрением смотрит на тебя, как будто ты решила стать бирюковым шпионом....
— Обломайся, не пойдет.
— Стереть боишься? Или бабы бальзаковского возраста не твое? Так они, говорят, огонь. — Вот гад, весело ему.
— Ну раз так, то сам на нее и лезь!
— Нельзя мне, сказал же. На мою внезапную в нее влюбленность с бешеным стояком она не купится.
— А на мою, значит, да? Не пойдет, сказал.
— Слышь, Шаповалов, да что ты как девственница? Не подкладываю я тебя под нее, просто есть мыслишка пристроить тебя к ним на работу. Есть там физрук, сильно бухающий. Так вот, я его временно устраню с игрового поля, а ты как бы случайно подвернешься.
— Типа туда кого попало с улицы берут.
— Ну ты не совсем с улицы придешь, а вот чтобы сто процентов взяли, и придется чуток поработать лицом… хотя бы. Обаяешь эту Валентину Степановну, пристроишься. С ребятами общий язык наладишь. Понюхаешь.
— Что там нюхать? Думаешь, там все в открытую?
— А вот это ты и выяснишь, — Корнилов скалиться перестал, мигом посерьезнев. — Мне-то и поговорить там ни с кем не дали.
— На что ты рассчитываешь в итоге? Что толку от нюханий, если хода делу твое начальство все равно не даст?
Капитана аж перекосило, зыркнул на меня зло, и теперь отчетливо я засек в его взгляде родню своему внутреннему монстру.
— А я клал на начальство. Нам нужно двое-трое ребят, которые смогут борзым журналюгам в прямом эфире все рассказать. Видал этих новых, что сразу всю жесть выдают, без цензуры и подготовки? Типа там «Шестьсот секунд». Вот, к таким и пойдем. И хер тогда кто замнет уже, когда на всю страну прогремит.
Ладно, логика в этом есть. Видел я эти передачи. Там реально временами такое выдают и про таких людей, что раньше подобное и представить себе нельзя было. Журналисты эти тоже, по ходу, без башни. Головы потом на раз летят. Так что может выгореть.
— Может сработать, — кивнул я. — Только надо будет все очень-очень быстро проворачивать.
— Быстро, да. Это на мне. А вот тебе на громкую славу, Шаповалов, губу раскатывать не стоит. Ты в гадюшник пойдешь по поддельным докам. А как раздобудешь мне свидетелей, то сразу и потеряешься с горизонта.
— Ага, детей подставлю и свалю? Херня!
Кто, бля, так делает? Не я точно.
— Дебилом не будь, — заворчал Корнилов. — Если у нас выгорит, такая вонь во все стороны поднимется, что хоть вешайся. Думаешь, кое-кому не сильно дурному трудно будет провести потом аналогию между тобой, сестрой твоей, бывшей воспитанницей этого сраного приюта, и пропавшим мэром города, на ней помешанным? Оно тебе надо?"
"— Не надо.
