Автор
В палатачке таблетки голубого прозрачного одеяния вызывают жуткий восторг и непередаваемый стыд. Они делают тебя чувствовать, словно будешь играть роль святой Марии, но только без христианской заботы о мире. А та самая Милана с подозрением смотрит на тебя, как будто ты решила стать бирюковым шпионом....
Но тут же вся окаменела, услышав громкие, с командными нотками голоса и грозный рев Коли:
— Да вы поохренели, что ли, предъявлять нам такое! На каком основании?!
Подхватившись с кровати, я второпях облачилась в Колину футболку и помчалась в прихожую. От толкущейся там целой толпы народу в форме у меня в глазах зарябило.
— Сашка! — грозно зыркнул на меня Коля и сразу задвинул себе за спину.
— Что случилось?
— Госпожа Орехова, и вы здесь! — осклабился мне тот самый следователь, что допрашивал и вчера. — Впрочем, ожидаемо.
— Никуда она не едет, — отрезал Коля, тесня меня рукой назад в коридор. — Ни Александра, ни я совершенно не при чем!
— Шаповалов, ну вы же сами в системе, можно сказать. Понимаете же, что бесполезно препираться сейчас и мы вас задержим до выяснения в любом случае. Сопротивление только все усугубит.
— Да что произошло? — возмущенно спросила я. Что же покоя нам нет ни дня!
— Госпожа Орехова, вы и ваш… телохранитель и близкий друг, господин Шаповалов, задерживаетесь по подозрению в убийстве вашего супруга — Орехова Георгия Владленовича.
— Го… Гоша?
— Ничего. Не. Бойся. Слышишь, Сашка! — четко, словно мы были одни, произнес мне Коля через головы приехавшей за нами толпы. — Все будет хорошо.
— Да. Слышу, — кивнула я, вмиг уверовав. Будет. Он так сказал.
Нам даже одеться не позволили вместе. Отправили сначала в спальню меня. Господи, что же за бесконечная череда ужаса в моей жизни! За что? Я уже, похоже, тупею и черствею от этого.
Допрашивать нас повезли тоже на разных машинах. Николай посмотрел пристально, когда меня сажали в салон, кивнул спокойно, уверенно. Он не выглядел встревоженным, и это его монолитное спокойствие передалось и мне.
— Вы не проживали вместе со своим супругом, госпожа Орехова? — перешел к сути следователь, как только закончил с формальностями, уже знакомыми мне по вчерашнему, с именем, фамилией, годом рождения и прочим.
— Нет."
"Он прищурился, не сильно-то стремясь скрыть огонек осуждения в серых усталых глазах.
