— От беспокойства еще никто не умирал, а вот бесшабашность — дело иное. Мы посеяли семена — дай им прорасти.
Робб упрямо потряс головой.
— Мы бросили семена на ветер, только и всего. Если бы твоя сестра Лиза решила помочь нам, мы уже услышали бы об этом. Сколько птиц мы послали в Орлиное Гнездо, четырех? Я тоже хочу мира, но зачем Ланнистерам на него соглашаться, если я сижу здесь сиднем, а войско мое тем временем тает, как снег среди лета?
— Выходит, ты готов плясать под дудку лорда Тайвина, лишь бы только не показаться трусом? Ему того и нужно, чтобы ты двинулся на Харренхолл, — спроси своего дядю Бриндена…
— Разве я сказал хоть слово о Харренхолле? Так что же — поедешь ты к Ренли, или мне послать Большого Джона?
…Кейтилин улыбнулась слегка, вспомнив об этом. Хитрость, шитая белыми нитками, однако недурная для мальчика пятнадцати лет. Робб знал, как плохо подходит Большой Джон Амбер для переговоров с таким человеком, как Ренли Баратеон, — и знал, что она тоже знает. Ей оставалось только согласиться, уповая на то, что отец доживет до ее возвращения. Будь лорд Хостер здоров, он поехал бы сам. Но разлука с ним далась ей тяжело. Он даже не узнал ее, когда она пришла проститься. «Миниса, — сказал он ей, — а где же дети? Малютка Кет, душечка Лиза…» Кейтилин поцеловала его в лоб и сказала, что девочки здоровы. «Дождись меня, милорд, — добавила она, когда его глаза закрылись. — Я столько раз тебя ждала — дождись и ты меня».
«Судьба снова гонит меня на юг, — думала она, попивая терпкий чай, — хотя душа моя рвется на север, домой». В последнюю ночь она написала из Риверрана Брану и Рикону: «Я не забыла вас, мои дорогие, поверьте — но вашему брату я нужна больше».
— Сегодня мы должны добраться до верховьев Мандера, миледи, — сказал сир Вендел, пока Шадд раздавал овсянку. — Лорд Ренли где-то недалеко, если верить слухам.
«Что же я скажу ему, когда мы встретимся? Что мой сын не считает его королем?» Предстоящая встреча ее не радовала. Им нужны друзья, а не новые враги, однако Робб никогда не склонит колена перед человеком, не имеющим, по его мнению, никаких прав на трон.
Кейтилин очистила миску, даже не почувствовав вкуса, и отставила ее в сторону.
— Пора трогаться. — Чем скорее она поговорит с Ренли, тем скорее вернется домой. Она первая села в седло и задала темп всей колонне. Хел Моллен ехал рядом с ней со знаменем дома Старков — серым лютоволком на белоснежном поле.
Их встретили, когда до лагеря Ренли оставалось еще полдня езды. Робин Флинт, высланный на разведку, примчался галопом назад и доложил, что кто-то смотрит в подзорную трубу с крыши ветряной мельницы. Когда отряд Кейтилин добрался до мельницы, соглядатай давно исчез.