Впереди бескрайние степи, где тянулся обоз монстров средневековой войны. Бояре в легких седлах стремительно пересекали русские просторы, а за ними — стада военной техники и юрты солдат. Атмосфера напряжения пронизывает каждый узел лагеря, готовясь к великой битве века....
Из окна черного забери витязя нерожденного, освети путь живой, будущий день-деньской, каковой через… месяц случится!
Братья, пусть и явно напуганные, с любопытством справиться не смогли, подступили ближе, вместе с гостем заглядывая в темный зев кадки. Там открылась залитая солнцем бескрайняя степь с весьма заметно ощипанной травой. Никак не «по пояс», хотя и зеленела густо, выгореть под солнцем не успела. Наблюдалась сия картина как-то неестественно, боком, через просвет между темными жердинами. Ближе к самому горизонту был ясно различим конный разъезд с пиками и круглыми щитами.
— Месяц много получился… — пробормотал Зверев, опуская взгляд к нижнему краю. Как обычно при этом зеркало Велеса стало отступать во времени назад. Срок Андрей выбрал небольшой, поэтому и дни пропускал не спеша. Степь, степь, степь… Чернота… Двор! Знакомая церковь за оградой усадьбы.
Несколько холопов лежало в пыли в небольших темных лужах. Один пытался отползти, поджимая к груди руку и приволакивая ногу, но проскакавший мимо татарин в стеганом халате и мисюрке с кольчужной бармицей небрежно ткнул его копьем, и несчастный распластался рядом с товарищами. И вокруг него тоже стала растекаться лужа."
"Картинка дернулась, отступая — стало понятно, что это вид из окна.
— Видно, сзади кто-то ударил, — хмуро предположил Зверев. — Вот тебе и предсказание на ближнее будущее.
Андрей повернул голову к братьям. Даже в полумраке слабо освещенной комнаты было видно, как посерел лицом Федор.
— Чего застыл? — Зверев взмахом руки снял с воды заклятие, и она хлынула из опрокинутой кадки, смыв и погасив обе свечки. — К отцу беги! Не слышал, что ли? Татары сюда идут.
