Глаза его покраснели, выражение лица стало, как у больного хроническими запорами, и на веко наползла слеза. – Я же жениться надумал.
Это меняло дело. Василиса попрочнее уселась на стул, а Люся примерно уложила руки на коленях.
– Я ведь не просто так к вам зачастил. У меня намерения. Думаю, вот на Люсе жениться, – проговорил гость, старательно печалясь.
– Куда вам торопиться? Осмотритесь, подумайте, хороших женщин много, может, и еще кого найдете… – проговорила Василиса, бодая Антона Петровича коленками.
– Ну что ты, Вася, если мужчина решил… – покорилась судьбе Людмила Ефимовна.
– А вы, Антон Петрович, вижу, неплохой человек…
– Да и я так думаю! – треснул кулаком по столу жених. – Только какого рожна этим бабам надо – ума не приложу. Сколько раз женился, а все время они меня бросают! А почему, спрашивается? Вот с первой жил, с Нинкой. Хорошая баба, жили душа в душу… неделю. Потом я загулял, через месяц вернулся, а она уже и вещи мои выкинула! Ну и кто она после этого? Женился второй раз, Веркой ее звали.
Хорошая такая была, но… слабая, хиленькая. Все время кричала: «У меня никакого здоровья не хватает тебя, борова, прокормить». Ну и там оскорбляла, конечно, все ей хотелось, чтобы я на работу устроился. Я, конечно, устроился… но это уже с четвертой было, с Валентиной. Крепкая баба. С той вообще можно было век жить: и накормит, и оденет… Так ее подруги испортили. Всякие гадости про меня говорили, ну что, мол, я на клопа похож, из нее кровь сосу, и все такое… А я ее, дурак, отпускал с ними! Стали они с бабами, с подружками, в бане собираться и нам, мужикам, кости мыть.
Хотя подружки все были тетки приличные – одна прачкой у самого Григорьева работает, другая у Сидорчука – композитор такой есть, слыхали?– а третья и вовсе у художника Львова поломойкой… В общем, солидные бабенки, вот я и подумал, чего бы моей квочке с ними не водиться…
Люся вздрогнула, услышав знакомую фамилию.
– У какого художника, вы сказали?
– У Львова. Неужели не знаете? Люсенька, налейте мне рюмочку винца, очень из ваших ручек хоцца… – вспомнил Антон Петрович про «невесту».
Вино на него с каждой минутой действовало все коварнее. Он уже, похоже, не помнил, о чем говорил минуту назад.
– Нам непременно нужно встретиться с вашей четвертой, с Валентиной! – решительно заявила Людмила Ефимовна.
Василиса наконец тоже поняла, отчего так всполошилась подруга, и в ее голове тут же выстроился план.
– Антон Петрович, Люсенька хочет пообщаться с вашей бывшей женой, с Валентиной.
