Зимний ночной рейд по безжизненным просторам. Февраль 1973 год. Ледяной мрак и грохот катившихся за горами грузовиков создают атмосферу бесконечности и тишины. Сюда ползут машины — через лес, безмолвный как сон, где каждый деревце словно затаил дыхание в ожидании чего-то неведомого....
И его настойчивый вопрос: «Доктор, а вы не ощущали, что сеанс гипноза вам не удался, что почти в самом начале вы утратили контроль?» – был ему непонятен, более того, оскорбителен для него как для профессионала. Он просто спросил тогда на сеансе ЕГО – «место, где вы чувствовали себя защищенным, опишите». Что не так во всех этих «окнах на реку и колоннах»?
Когда он вышел из кабинета, Ануфриев черкнул несколько слов в своем рабочем блокноте: «Воксхолл-бридж. Внутренний вид холла лондонской штаб-квартиры». И жирно подчеркнул фразу.
Кате, которая тоже была у следователя, Деметриос успел лишь кивнуть. Ануфриев пригласил ее зайти.
Через панорамное окно в его кабинете реки не было видно, зато виден университет.
Эх, были бы крылья…
– Думаю, это наша последняя встреча с вами по заданному делу, – сказал Ануфриев. – Кажется, все вопросы проработаны, я читал протоколы. Может быть, у вас есть ко мне вопросы?
– У меня? – Катя замолчала, но потом спросила: – За что все-таки он убил Лукьянову?
– Она, как мы и предполагали, была завербована.
– Он…"
"– Он действительно работал в известной страховой фирме в Петербурге. Спецагент – был заброшен в нашу страну и задачу легализоваться успешно выполнил. Документы на имя Евгения Ермакова, крепкая легенда, отличное знание русского языка, менталитета, актерские данные, работа в фирме, даже его женитьба – все служило главной цели.
