Зимний ночной рейд по безжизненным просторам. Февраль 1973 год. Ледяной мрак и грохот катившихся за горами грузовиков создают атмосферу бесконечности и тишины. Сюда ползут машины — через лес, безмолвный как сон, где каждый деревце словно затаил дыхание в ожидании чего-то неведомого....
Это же надо… сама непосредственность… овечий как там его?
– Игорь Юрьевич!
Деметриос, только что отразивший подлую атаку эвакуатора на свою «Хонду», возвращался как аргонавт из похода.
– Девушка!..
Катя обернулась. Довлатовец-сквернослов стоял позади нее. Улыбался как невинный младенец.
– Это вы от меня, да? Ноги сделали?
– Ничего я не сделала.
– Сделали, сделали. Пулей. Подумали, вот…
– Ничего я не подумала. Вы вообще что ко мне привязались?
– Добрый вечер! Екатерина, Женя, всем добрый вечер. – Деметриос-победитель лучился гордостью.
– Отбились? – спросил сквернослов.
– Еле отбился. Ну, пришлось дать, конечно, зато машину оставили в покое. Идемте в офис. Катенька, тут накладка на половину шестого вышла, к моему великому огорчению.
– Так я лучше в другой раз, – сказал сквернослов.
– Нет, нет, ни в коем случае. Подождите в приемной, не больше десяти минут это у нас займет. – Деметриос подтолкнул сквернослова к лестнице. – Катя, а вы, пожалуйста, ко мне."
"– Девушка не пойдет, она меня боится, – сказал сквернослов.
– Что за вздор? Да будет вам известно, профессия Екатерины Сергеевны не для трусливых. Она капитан милиции, преступников ловит, криминал в бараний рог крутит. И лучше берите пока не поздно свои опрометчивые слова назад. Еще раз простите за накладку со временем, – сказал Деметриос Кате в своем кабинете уже совсем иным тоном (сквернослов остался ждать в приемной). – Мы с вами условились. А тут этот пациент позвонил внезапно. И я не мог отказать, потому что, если с ним тянуть – завтра приходите, он может вообще передумать, не прийти.
– Да я к вам потом приду, – быстро согласилась Катя.
– Прежние проблемы? Снова беспокоят?
– Нет, просто муж уехал надолго, я одна, неспокойно как-то одной. А тут случай на работе – ночью женщину убили в своей квартире и… В общем, какие-то совершенно нелепые глупые страхи.
– Давайте встретимся завтра в…
– Завтра у нас брифинг в министерстве. Да я, собственно… совершенно по-другому уже себя чувствую.
