Женщина в теле двадцатилетней аристократки вынуждена управлять семейным бизнесом в патриархальном обществе. Её ждут браки по расчету и домашнее затворничество, но героиня готова бороться за свободу и независимость, опираясь на опыт взрослой женщины и современное мышление.
Ее взыскательному вкусу не могли угодить ни цвет платья, ни длина рукава, ни глубина декольте. Обычно мне было все равно, я лишь пожимала плечами и лишний раз уверялась в мысли, что Анауриэль останется старой девой. Но это обычно. Сейчас же я нервничала, сидела на успокоительном и понятия не имела, как отреагирую на очередное, далеко не невинное, замечание приятельницы.
— Не знаю, — согласился между тем Витольд. — Вы, ронья Ингира, удивительная девушка: у вас есть знакомые во многих государствах.
«Причем во всех слоях общества», — добавила я про себя. Жизнь на Земле научила меня стараться обезопасить себе спину, в том числе и с помощью тех, кто не входил в высший свет или полусвет.
Витольд скоро ушел. Я, расстроенная новостью о приезде Анауриэль, отправилась спать.
Слава местным богам, на этот раз мне вообще ничего не снилось. Но утром я все равно встала с поистине похоронным настроением.
Примерять свадебное платье не хотелось не столько из-за свадьбы, сколько из-за неизбежной встречи со свекровью. Алисия Ольстерская, склочная дама, несомненная попытается вывести меня на скандал, да еще и при сыне, чтобы лишний раз подчеркнуть, что он выбрал никчемную супругу.
С такими гнетущими мыслями я привела себя в порядок, переоделась в теплое домашнее платье темно-синего цвета и отправилась завтракать.
Молодых за столом не оказалось. А вот тетушка сидела.
— Ах, Ингира, — вместо приветствия услышала я от нее, — я так за тебя рада, детка. Уже послезавтра ты станешь супругой прекрасного мужчины. Это ли не счастье? А потом и детки пойдут…
Тетушка говорила долго, я, вопреки обыкновению, не огрызалась, предпочитая вместо этого молиться мысленно всем местным богам, чтобы они милостиво избавили меня от возможной встречи с Анауриэль.
Увы, боги сегодня предпочли притвориться глухими. Не успели мы с тетушкой закончить завтрак, как порог комнаты переступила служанка и сообщила:
— Нейра Ингира, к вам ее сиятельство Анауриэль шорт Норгайская.
Я подавила желание грязно выругаться, кивком отпустила служанку и поднялась из-за стола.
Анауриэль шорт Норгайская стояла посередине гостиной, на светло-коричневом коврике, с видом императрицы, заглянувшей в хижину крестьянина. Я очень сильно сомневалась, что ее родословная была лучше родословной Ингиры, но, похоже, тут дело было не в предках, а в якобы умении «правильно» одеваться.
