Автор
В селе Сомерсета в 1822 году на Грейс нахлынет мрачное приключение. Ее взгляд оживится от внезапного знакомого голоса из Йоркшира, но болезненные крики и жуткая боль в желудке заставят ее понять: она непросто находится под ударами судьбы, но и впутана в чужие тайны.
– Что-то ты стала слишком смелой, любовница моего племянника, – холодно бросил дядя Мэтью. – Куда же подевалась наша достопочтенная вдовушка?
– Что ж, если вам угодно называть меня любовницей вашего племянника, вы можете это делать. Лучше быть любовницей, чем негодяем, животным и вором, милорд.
– Так ты еще смеешь оскорблять меня, грязная шлюха! – Лорд Джон вскочил с кресла и замахнулся тростью.
Мэтью тут же шагнул вперед и закрыл собой Грейс, которая, дрожа, вжалась в спинку дивана.
– Только ударь ее, и ты очень пожалеешь об этом, – проговорил Мэтью, делая шаг к лорду Джону.
Атмосфера сгустилась, сделалась напряженной, в любое мгновение дело могло дойти до насилия. Впервые за одиннадцать лет взаимная ненависть дяди и племянника достигла своего пика и угрожала разрешиться рукоприкладством. Гнев, бушевавший в груди Мэтью, ослепил его, все желания сейчас свелись к одному-единственному – убить лорда Джона. Он уже явственно представлял себе, как его руки смыкаются на горле дяди, как из этого горла вырываются хриплые стоны.
Грейс прижала ладонь к его спине, и этот простой жест, эта тонкая нить, связавшая обоих, заставила Мэтью отойти от края пропасти, к которой он подошел слишком близко. Он вдруг ясно осознал, что именно сейчас было поставлено на карту.
Господи, что с ним такое? Если он попытается убить лорда Джона здесь, то свора его приспешников тут же на месте растерзает их с Грейс.
Он рисковал не только своей жизнью, но и ее.
Мэтью до боли стиснул зубы. Он расправится с дядей, позволит себе отомстить лорду Джону за все тогда, когда Грейс окажется по ту сторону забора.
– Господи, Боже мой! Что это еще за выходки, молодой человек! Держи себя в руках. – Лорд Джон отпрянул в сторону, его щека нервно задергалась. – Я не собираюсь трогать эту девку. Я не унижусь до этого.
– Ловлю на слове. – Дыхание Мэтью сделалось спокойнее и ровнее. Ладонь Грейс на спине связывала его с действительностью и удерживала от поспешных и необдуманных действий.
– И все-таки, дорогой племянник, подумай как следует, – прорычал лорд Джон, отойдя на безопасное расстояние от Мэтью. – Мы можем доставить тебе другую женщину. Это дело одного дня. Все они в темноте похожи друг на друга, и не отличишь.
Мэтью почувствовал, что дыхание Грейс сделалось частым и прерывистым.
