Автор
В селе Сомерсета в 1822 году на Грейс нахлынет мрачное приключение. Ее взгляд оживится от внезапного знакомого голоса из Йоркшира, но болезненные крики и жуткая боль в желудке заставят ее понять: она непросто находится под ударами судьбы, но и впутана в чужие тайны.
Я смогу сделать это в другой раз. Время есть. Чего-чего, а уж его мне хватает в этой чертовой клетке.
Внезапно Грейс устыдилась своей выходки. Прикусив губу, она снова посмотрела на лорда Шина. Какое право она имела вот так, словно избалованный ребенок, требовать к себе внимания? Он не обязан делать что-либо по первому ее требованию.
Грейс повернулась, собираясь уйти и оставить маркиза в одиночестве.
– Мне не следовало вас тревожить.
Он снова выругался, но теперь тихо, так, чтобы Грейс не услышала, затем встал и пошел за ней.
– Послушайте, подождите же.
Догнав Грейс, маркиз взял ее за руку. Хотя он и обещал, что пальцем к ней не прикоснется, сейчас ему все же пришлось притронуться. Хотя его пальцы лишь едва коснулись ее руки, Грейс почувствовала начавший растекаться по телу сильный жар.
Она бросила на маркиза боязливый взгляд. Кажется, и в его золотистых глазах промелькнул испуг. Видимо, он неправильно истолковал причину внезапно охватившего Грейс страха и тут же отдернул свою руку. На лице лорда Шина появилась неуверенность.
– Прошу прощения, миссис Паджет. Я не пытаюсь к вам приставать. Просто вот уже три дня все идет кувырком.
Кожу на ее руке слегка пощипывало. Грейс на мгновение опустила глаза, затем снова подняла:
– Я все понимаю. Мне так жаль. Простите меня.
Маркиз энергично покачал головой и спокойно улыбнулся:
– Нет, это я виноват. Так о чем вы хотели поговорить со мной?
Когда Грейс была в гостиной, ей казалось, что она должна побеседовать с лордом Шином, теперь же это желание выглядело в ее глазах глупой прихотью.
– Не имеет значения.
– Нет, очень даже имеет. Еще как имеет.
Она быстро глотнула воздух и торопливо заговорила:
– Я знаю, вы не хотите, чтобы я находилась здесь. И мне пребывание в вашем поместье не доставляет удовольствия. Может быть, стоит заключить перемирие?
Его брови приподнялись вверх, отчего выражение лица сделалось высокомерным.
– Но я, честно говоря, и не подозревал, что мы находимся в состоянии войны.
Грейс почувствовала, что краснеет.
Теперь, когда она зашла уже так далеко, отступать было невозможно. Грейс сжала перед собой руки и тихо сказала:
– Мне кажется, вы должны хотя бы немного времени проводить в моем обществе, чтобы атмосфера не накалялась слишком сильно.
Он сразу все понял.
