В залах знаний и дворце правителей алекаров царил строгий покой: они изучали императорские тайны и обсуждали грядущие перемены. Алехара вдруг ощутил резкую измену эмоций, словно лунный свет пробивался сквозь плотное облачко. Катерина медленно отпускала проклятие Гиэлинора, и все вокруг погружалось в таинственный шлейф перемен....
К желанию убивать присоединилось другое – подойти и немедленно рассказать Кетро всю правду о себе, потребовав, чтобы он не смел не то, что шептать на ухо, а даже смотреть в сторону других женщин!
Я не могла позволить себе осуществить ни одно, поэтому крутанулась вокруг своей оси и каким-то невероятным усилием воли заставила себя покинуть столовую.
Пока я не шла, а неслась в свою комнату, в голове набатом стучало «Это же мой этерн. Это МОЙ ЭТЕРН, демон их всех раздери!»
Захлопнув за собой дверь, я бросилась к окну, распахнула его и вдохнула свежий вечерний воздух.
Меня словно прошило током от осознания. Что если это мои собственные чувства? Вдруг Благословение Луны уже не при чём? Нет, это точно оно. Ведь у меня от злости даже смертельное сияние готово было проявиться. Так что ревнует моя этернийская суть, а не я!
* * *
К понедельнику и первой совместной тренировке в полном составе отряда я уже почти успокоилась.
- Силлинн, ну, прекращай уже тупить! – услышала я раздражённое ворчание Малика.
- Я не туплю! Просто хочу убедиться, что всё правильно поняла.
- Малик, отстань от неё.
От сцены, представшей моим глазам, я замерла на месте.
Рэм обнимал ту же самую черноволосую стерву, с которой болтал в столовой, помогая ей держать в руках меч и направляя движение оружия.
Убью! Вспыхнуло в моей голове, а во лбу тут же начал собираться тягучий жар.
Так, Калерия, успокойся. Ты же сама хотела, чтобы Кетро держался от тебя подальше, и вот твоё желание исполнилось… Да, но я хотела, чтобы он держался подальше от меня, а не поближе к другим девкам! К этому придётся привыкать, если я действительно хочу сохранить свою тайну… Но это же МОЙ ЭТЕРН!
Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула, заталкивая поглубже невменяемую этернийскую суть, которая продолжала вопить что-то о моих божественных правах на Кетро.
- О, Перье, привет! – заметив меня, сказал Малик.
- Привет, - кивнула я ему в ответ.
- Привет, Кали, - бросил Кетро.
- Ты офигел?! – возмутилась я, и тут же зажала рот ладонью.
