В залах знаний и дворце правителей алекаров царил строгий покой: они изучали императорские тайны и обсуждали грядущие перемены. Алехара вдруг ощутил резкую измену эмоций, словно лунный свет пробивался сквозь плотное облачко. Катерина медленно отпускала проклятие Гиэлинора, и все вокруг погружалось в таинственный шлейф перемен....
Поразмыслив над моей запоздалой реакцией на Благословение, мы с мамой списали всё на зелья, которые замедляли обменные процессы, скрывая мою этернийскую сущность.
Благословение Луны – это дар (или проклятие?) богов этернам, а во мне на тот момент было больше человеческого. Зато, когда Рэм заставил меня принести клятву на крови, чтобы спасти от самой себя…
Рухнуло всё. Зелье потеряло свою эффективность, а эмоции от Благословения, благополучно сдерживаемые зельем несколько месяцев, нахлынули волной.
Теперь я понимала, что так долго длился откат не от Проклятия Солнца.
- Откуда ты узнала всё это, мама?
- От премьер-сенатора, - слегка запнувшись, ответила она. – Он рассказывал мне это, как сказку, уверяя, что при встрече со мной понял, как чувствует себя мужчина под Благословением. Я слушала и даже где-то в глубине души верила, что мы предназначены друг другу судьбой. Или богами.
Мама резко отвернулась, но я успела заметить скатившуюся слезу.
- В любом случае, это ничего не меняет. Рэму придётся отступить.
- Отступить? – насмешливо спросила мама. – Знаешь, что означает сияние этой татуировки? Благословение вступило в полную силу, а происходит это после поцелуя.
Поскольку это был не вопрос, а утверждение, я не стала отвечать.
- Так поцелуй был?
- Был.
- Ну вот и всё. На языке богов, это означает помолвку.
- Вот ещё! Ничего это не означает! – возмутилась я.
- Правда? – улыбнулась мама. – Ты ворвалась в дом, как цунами, лихорадочно носишься по лаборатории, потому что, как я подозреваю, тебя просто захлёстывают эмоции. К тому ж знак Исилторе светится как сумасшедший.
Я покраснела. Эмоции захлёстывали и ещё как. Если честно каждую минуту вдали от Рэма мне хотелось бежать к нему обратно, сама не знаю, откуда берётся сила воли сопротивляться этому так называемому благословению…
- Он не отступит, Калерия.
- Это мы ещё посмотрим, - хмуро заявила я, возвращаясь к приготовлению зелья, - кто его сильнее будет толкать: Исилторе – ко мне или я – от себя. К тому же, я его довольно сильно разозлила.
Мама покачала головой.
