Зимний ветер шумел за окном, и Мазур смотрел на перепутанные рельсы и знаки. Ему мерещилось, что каждый из них несет свою историю — будь то забытые дни или тайны, о которых никто никогда не узнает. Этот маленький городок в Прибалтике стал его новой повседневной загадкой.
Мазур вошел, закрыл за собой дверь — обитую изнутри стальным листом, с двумя замками и двумя засовами, новеньким все это не выглядело — вполне возможно, раньше тут жил кто-то, имевший все основания опасаться налетчиков, подпольный бизнесмен какой-нибудь, в точности, как в «Бриллиантовой руке». Хотя в кино дверь была даже солиднее.
— Защелкни замки, — сказал Спратис ничуть не командным, нейтральным тоном. — И засовы задвинь. Куртку на вешалку — и проходи.
Он первым вошел в одну из двух дверей. Мазур вошел следом, Да, судя по обстановке, тут обитал человек зажиточный, имевший основания озаботиться сейфовой дверью…
Мазур без приглашения уселся в низкое мягкое кресло и непринужденно спросил:
— Выпить не найдется?
По-прежнему держа его под прицелом, Спратис протянул правую руку, нажал что-то на лакированной дверце серванта, и открылся богатый бар с зеркальными стенками.
— Что будешь?
— А вон, я вижу, «Джим Бим» стоит, — показал Мазур.
В горле у него стоял горький комок: еще совсем недавно это был Маркиз, с которым вместе побывали на паре операций, парень насквозь свой, надежный.
Но эмоции он тут же отбросил: следовало в темпе кое-что прокачать. Если квартира на регулярной подслушке или есть какая-нибудь тревожная кнопка, которую Спратис уже давно нажал, — мирными разговорами не ограничится. Правда, задачу это не особенно осложняет: в подъезде Лаврик с парочкой своих ребят, а недалеко от подъезда стоит темный, выглядящий пустым, совершенно гражданский автобус, и там бдит Лихобаб с десятком своих парней из разведроты.
Поставив перед ним стакан, Спратис сел к столу — но отодвинул от него свое кресло так, чтобы иметь свободу маневра, возможность тут же взмыть, уйти в сторону, нажать курок… Мазур, наоборот, уселся, придвинув кресло к столу, всем видом показывая, что он-то свободы маневра как раз не ищет и лихими бросками заниматься не собирается.
— Ну, что молчишь? — спросил Спратис с кривой усмешкой.
Мазур преспокойно пожал плечами:
— А что, прикажешь читать тебе мораль? Я тебе не замполит.
