Автор
В мрачном суде под грохот старых черепков и тихим шелестом бумаги, Вера из сопредесниц увидела лишь бесконечную пустоту. Она бледнеет от страха, ощущая на себе невидимую волю, словно лошадь под приставленной к шеи удилищем.
Поэтому, опять же если честно, варианта пешего похода и не рассматривали — не дойдет он до берега. Кость плохо срослась, ходить только с палкой может. К нормальным докторам надо везти.
— Понятно, — кивнул я.
Ситуация и вправду прояснялась.
— Его по всему острову искали месяца три, страх что творилось, — продолжал между тем Анисим. — Потом решили, похоже, что удрал он с каким-то судном, тихо стало, хотя сам Никон клялся и божился, что Макара — так человека нашего зовут — сам на главной площади на фонарь подвесит и кожу с него снимет.
— Нашего человека? — уточнил я. — Именно нашего?"
"Анисим помолчал чуток, явно прикидывая, стоит ли говорить правду, затем сказал:
— Нашего. В том и проблема, что я его к Никону через третьих людей сам подвел. И хоть на меня ничего не показывает, не исключаю возможности того, что я так и остаюсь под подозрением. И после того как коней в прокат взял…
— Может, проще было самому его довезти все же?
— Проще. — Анисим поправил чуть сползшую набок соломенную шляпу с загнутыми полями.
— Может, и правильно ты думал, — согласился я.
И верно, выбор невелик. Или рискуй с отрядом, или, если в одиночку, рискуй тогда до конца. Не годится, пожалуй.
Через пару часов марша объявили привал. Подтянулись дозоры, превратившись в посты, люди расселись кто куда, завалились в траву.
Лошади, к удивлению моему, с удовольствием объедали листья с деревьев.
А в остальном уже все было привычно — жара, лес, запах листвы и каких-то цветов, крикливые птицы и обезьяны, которых здесь оказалось великое множество.
Так, до моста еще час примерно в таком темпе. Пока на нас никто не напал, может, и нет никакой погони, что, собственно говоря, вероятней всего.
