Автор
В мрачном суде под грохот старых черепков и тихим шелестом бумаги, Вера из сопредесниц увидела лишь бесконечную пустоту. Она бледнеет от страха, ощущая на себе невидимую волю, словно лошадь под приставленной к шеи удилищем.
Сейчас все торопились в те порты, в которых собирались проводить зиму. Начиналась пора ремонтов, пора подготовки, ну и свадеб.
Вышли мы на Большой Скат через четыре дня. Серафима пришлось оставить в новофакторской больнице по настоянию врачей.
Яхта летела по волнам, надув паруса, сыпал мелкий прохладный дождик, шершаво стуча по накинутому капюшону дождевика.
Но это потом, а сейчас я просто побуду счастливым, сколько смогу."
