Автор
В мрачном суде под грохот старых черепков и тихим шелестом бумаги, Вера из сопредесниц увидела лишь бесконечную пустоту. Она бледнеет от страха, ощущая на себе невидимую волю, словно лошадь под приставленной к шеи удилищем.
— Я сделала вторую, когда согласилась. Но если ты не намерен все отменить, то остается решить — когда свадьба. Или я чего-то не поняла?
Понятно, издевается. Причем «с наступательных позиций», вынуждая чувствовать себя дураком.
— Тогда до окончания ремонта яхты надо успеть, — сказал я решительно. — Сейчас доедим — и побегу к преподобному, день и время свадьбы назначать.
— Так половина гостей на свадьбу не попадет, просто не сможет и не успеет.
— А я все равно мало с кем знаком, все гости с твоей стороны, — отмахнулся я небрежно.
Аглая минутку подумала, потом кивнула:
— Ладно, выкрутился. На декабрь надо планировать, а вот начинать приглашать уже сейчас. Так что к преподобному все равно надо идти, с этим ты не ошибся. Хотя бы для того, чтобы на удачный день назначить: в декабре ведь свадьбы у всех будут, так что где-то и боками толкаться придется.
— Ну, видишь, какая ты у меня умная, — восхитился я.
— Я вообще о другом, — вздохнула она. — Ты слово «помолвка» слышал когда-нибудь? А если слышал, то знаешь, что оно означает?
* * *«Винной бочкой» назывался просторный кабак у самого порта, занявший здание, которое явно планировалось как блокгауз, защищающий подступы к гавани, — длинное, полутемное, с узкими окнами-бойницами и каменными стенами, которые так никто и не озаботился покрыть штукатуркой. Место было мужским, дамы сюда не захаживали, даже из негритянского квартала.
"Заходили сюда и местные, после работы, но чаще ненадолго, потому что даже те, кто в питие себе не отказывал, любили заканчивать вечер в городе — потом домой добираться проще. Но при этом «Винная бочка» выполняла функции матросской биржи.
Относительно недавно судьба свела меня с Семеном, потому как до моего появления он добивался расположения Аглаи, излишне настойчиво, на мой взгляд, но в целом безуспешно.
