Автор
В мрачном суде под грохот старых черепков и тихим шелестом бумаги, Вера из сопредесниц увидела лишь бесконечную пустоту. Она бледнеет от страха, ощущая на себе невидимую волю, словно лошадь под приставленной к шеи удилищем.
— Я ткнул пальцем в сторону противника, чтобы он точно понял, кого я имею в виду под «ними». — Им пока этого и надо! Прикрой нас, мы попробуем за мол заплыть и по нему пройти к набережной!
Он подумал секунду, затем кивнул, явно считая мой план разумным, потом показал большой палец:
— Сделаем!
Едва сказал — на причал прилетела винтовочная граната, рванула с дымным треском, сыпанув мелкими осколками вокруг и заставив меня нырнуть в укрытие. Нет, надо их там точно давить, потому что если еще гранатами к нам пристреляться — станет совсем неприятно, они сверху падают.
— Леонтий, ты остаешься, — скомандовал я и сразу же, не дожидаясь возражений, добавил: — С твоим плечом ты пловец никакой, а нам надо, чтобы отсюда кто-то гранатометом работал. Серафим! Федька! Спасательные круги и брезент, я покажу что делать.
* * *Думаю, что спуститься за борт незаметно нам удалось. По крайней мере, никто не пытался обстреливать. Пошли вшестером — Байкин, Серафим, Фрол и я, а еще в ультимативной форме напросился Платон, причем я сильно не возражал — идти с медиком всегда лучше, чем без него.
Оказалось, что умеет. И я его к Платону приставил, за телохранителя вроде как.
Остальной экипаж и Леонтий остались создавать огневую видимость. Оружие и патронташи, завернув в прорезиненный брезент, сложили в брезентовые же карманы, которые быстро смастрячили в бубликах спасательных кругов.
Двигались довольно быстро, потому что четверо из нас ласты надели, но когда зашли за мол, ноги у меня уже гудели. Потом вдоль мола до берега, стараясь держаться к камням как можно ближе, — тут уже был риск нарваться на противника, если тот сам решит двинуть в обход этим маршрутом. Но не нарвались, добрались почти до самого берега. Там же выбрались на груду валунов, где начали быстро одеваться и вооружаться.
