Автор
В мрачном суде под грохот старых черепков и тихим шелестом бумаги, Вера из сопредесниц увидела лишь бесконечную пустоту. Она бледнеет от страха, ощущая на себе невидимую волю, словно лошадь под приставленной к шеи удилищем.
Гостиница «Гамак под пальмой» — длинный одноэтажный дом с десятком окон по фасаду — располагалась чуть дальше по переулку, но на той же стороне, что и бар, как раз напротив борделя. Окна у нее были затенены тростниковыми жалюзи, чахлый палисадник перед фасадом огорожен низким заборчиком.
Хозяином или приказчиком, даже не знаю, оказался потный, пахнущий немытым телом толстяк с красной, широкой, как блин, мордой и слипшейся шкиперской бородой. Он сидел за крошечной конторкой, читая газету и попивая пиво из кружки, которую ставил рядом с наполовину опорожненным кувшином литра на четыре.
— Здравствуй, хозяин, — поприветствовал я его с порога. — Нам бы две комнаты у тебя снять.
— Сними, — кивнул он, — а я сдам. Есть комнаты.
Голос у него оказался на удивление высоким и к тому же сиплым, бабьим каким-то, никак не вязавшимся с внешним видом.
— Окна куда?
— А на обе стороны.
— А с какой стороны тише?
— Тише, когда окна назад, но тогда из нужника часто воняет, если ветер оттуда, — не слишком заботясь о рекламе заведения, разложил ситуацию толстяк.
— Давай одну на ту сторону и одну на эту, — заявил я, вытаскивая из жилетного кармана кошелек.
Это нам как раз лучше всего.
— Поближе друг к другу? — уточнил толстяк. — У меня половина комнат свободна.
— Давай тогда поближе, — пожал я плечами с притворным равнодушием.
— Давай два рубля, — сказал хозяин.
Я выложил две монеты из кошелька. Он смахнул их себе в толстую ладонь, поднес к глазам, покрутил, потом кивнул и убрал в карман. На этом все кассовые операции завершились.
— Если девок звать соберетесь, то из бардака не ведите, не пущу, — добавил хозяин. — Ко мне обращайтесь, я вызову, не пожалеете. Хорошие девки, справные.
— Понял, как скажешь, — кивнул я.
Байкин в разговор не вмешивался. Лишь когда мы ушли от хозяина, вернувшегося к своему пиву, он тихо спросил в коридоре:
— Кто в какой?
— Иди пока в тот, что назад, отдыхай. Я стукнусь, когда сменить надо будет.
— А что сделать хочешь?
— Посмотреть, не придет ли кто к нему и куда он с утра пойдет."
"Комнатка оказалась тесной, совсем чуть-чуть больше, чем двуспальная кровать с москитным пологом, втиснутая в нее. Только и осталось места ее по кругу обойти.
