Автор
Ризясь еле слышно, я смотрю на врачей, которые изучают мою беременность через узи-снимок. Врачница тепло улыбается и распечатывает очередной документ, затем аккуратно протирает мой живот от геля перед тем, как я поднимаюсь со кушетки. Чуть прищурившись, я различаю два жмущихся друг к другу пятнышка на снимке — мои дочери....
- Вы не могли бы… - откашливаюсь, потому что горло невероятно сушит от нервов, - позвать Александра?
- Нет, не могла бы, - надменно бросает она. – Алекс в Англии."
"- Но он должен был вернуться. Вчера, - сипло говорю я.
- Стажировка продлилась на неопределенный срок, - объясняет Анжелика Артемовна. - Алекс хорошо показал себя, его заметили и предложили остаться. Вы же понимаете, насколько это важно для него и его будущего? – многозначительно приподнимает бровь. – Впрочем, куда вам… - хмыкает снисходительно.
Сердце замирает. Ведь перед отъездом в Англию Алекс сделал мне предложение, а потом... Нашел невесту там? Своего уровня? Из высшего общества?
Нет, не хочу верить!
- Странно, - все же теряюсь я, - но он ничего не говорил мне…
- Подожди, как, ты говоришь, тебя зовут? Дана? Та самая певичка из клуба? – скривившись, бросает она, а мне ничего не остается, кроме как кивнуть.
Женщина скрывается в холле, а я не смею следовать за ней. Терпеливо жду на улице, где мне самое место.
Возвращается Анжелика Артемовна быстро. И протягивает конверт.
Недоуменно сминаю его пальчиками. Неужели записка? От Алекса? Конечно, он всегда был романтиком и умел красиво ухаживать. Но не до такой же степени, чтобы бумажные письма мне слать.
И все же раскрываю конверт. Заглядываю внутрь и достаю оттуда… долларовые купюры.
- Что это? Зачем? – ошеломленно хлопаю ресницами.
- Понятия не имею. Я просто сделала, как просил Алекс, - хмыкает она, поглядывая на деньги. – Кажется, он говорил, что это нужно тебе на решение какой-то проблемы. И ты должна сама понять, о чем речь, - пожимает плечами.
- Проблемы? – повторяю со всхлипом, но Анжелика Артемовна резко закрывает двери прямо перед моим лицом.
Значит, зарождающаяся во мне жизнь – не более, чем проблема? Вот почему Алекс стал вдруг так холоден ко мне.
Кто же из нас трус?
Крупные соленые капли стекают по щекам и падают на изображение американского президента, оставляя на нем темные пятна, словно пробоины после выстрелов.
Небрежно складываю деньги в конверт, сминая их нервно. Потом снимаю кольцо, которое больно обжигает палец. Предательством.
