В забытом уголке города зазвучала музыка старых басов и нежных аккордов - здесь каждый слышит Блюз как символ времени. Музыкант с его ловкостью передает эмоции через каждую ноту, будто связываясь со всеми поколениями. Словно в ходе игры с песком на пляже, музыка приглашает к самому себе, заставляя ценить мгновения тепла и уюта в сердце каждого слушателя....
– Я провожу вас в комнату, – предложила Амина. Данил подхватил мать на руки и направился вместе с ней на второй этаж.
– Правильно, что оставил его с Марией, – произнес Мигель. – Он молод, горяч… и я не знаю, сможет ли вовремя остановить своего зверя. Эта тварь должна жить долго и мучиться.
– Мария Петровна немного подпортила Грекову шкуру, – предупредил Алексей. – Потому что уж очень ему не терпелось догнать Руслану.
– Сейчас он за все получит, – зло сказал Мигель и закатал рукава рубашки. – Показывай, где этот урод.
– Мария Петровна постоянно там. Если что-то случится, то она сразу нам позвонит.
– Отлично, – кивнул Руслан.
Понимая, что мужчинам не терпится увидеть того, кто обидел женщину из их семьи, Алексей направился к входной двери.
– Мы закрыли этого урода в подвале одного из пустующих домов на окраине поселка. Там никому не помешают его вопли, да и запах крови не потревожит молодых самцов.
– Отлично, – Мигель и Руслан переглянулись, и каждый мысленно представлял, что сделает с тем, кто посмел обидеть их «маленькую девочку».
* * *
Градов решительно открыл дверь подвала и брезгливо поморщился. Неприятно воняло сыростью, плесенью и какой-то затхлостью вперемешку с липким запахом крови. Алексей щелкнул выключателем на боковой стене и под потолком вспыхнул яркий свет.
Впереди было несколько каменных ступенек, а внизу, в углу, на каком-то старом матрасе, жмурясь и пряча лицо, сидел Игорь, без рубашки и в грязных, запыленных брюках.
У Руслана не было ни капли жалости к этому ублюдку и все, что он хотел – это узнать, у кого могла спрятаться его дочь. Он стал медленно спускаться.
Игорь, прищурившись, слегка привыкнув к освещению, пытался рассмотреть, кто к нему пожаловал, а когда узнал… стал невольно отползать назад, пока обнаженной спиной не почувствовал зловещий холод камня.
– Не может быть… Руслан Александрович… Вы же погибли… Разбились в автокатастрофе! – в ужасе шептал он, со страхом глядя на приближающегося мужчину. – Не может быть.
– Может, – Градов гадко усмехнулся и рывком поднял его за волосы. – Сейчас, дружочек, ты пожалеешь, что родился.
А затем неожиданно ударил зятя в челюсть. Игорь болезненно застонал и как-то обмяк.
