Северный ветер дует чистыми землями, не прикоснувшись к Аномалии. Но на блокпосте, как старому северянину, серчает молодой ветер, угрожая ему двумя огромными ветвями. Кривый и разлапистый, он напоминает обо всем, что приходит после долгих зим: жизнь и ее необратимые изменения....
Я вколол себе в ногу сразу два шприц-тюбика: для всплеска сил и психостимулятор, чтобы отогнать страх и активизировать умственную деятельность. Знаю, что это ядерная смесь, но повредить своему здоровью я уже не боялся. Я должен отомстить за своих погибших товарищей. Я должен остановить Марицу!..
– Никого не заставляю идти за собой! – сказал я, хватаясь за ручку десантного люка.
– А мы возьмем да и пойдем! – отбрасывая в сторону опустевший шприц-тюбик, заявил Якут.
– Шарп, ты здесь за старшего! – распорядился Гуцул.
Он выбрался на передок бронетранспортера через верхний люк и спрыгнул на землю, присоединившись к нам с Якутом.
Не скажу, что мы были загружены под завязку. Ранцы наши остались в машине, боеприпасы только в бронежилете с поясом для подствольных гранат. Еще я пристегнул к разгрузке пару «эргэдэшек» и закинул за спину «Муху».
Стрелять из гранатомета в замкнутом пространстве опасно: от выброса реактивных газов могут пострадать свои же. Ну а вдруг нам суждено вступить в бой еще до того, как мы окажемся в баре…
Гуцул снарядился примерно так же, как я.
Это был первый в мире тяжелый крупнокалиберный пулемет, вес и компоновка которого позволяли стрелку вести огонь с рук. Разумеется, не каждый боец мог справиться с этой махиной, но покойный Баян в свое время преподал мастер-класс своему другу. Якут знал, как обращаться с этим железным монстром, и физической силой природа его не обделила.
Но «Корд» при всех своих достоинствах – громоздкое оружие, и Якут не смог бы достаточно быстро отреагировать на резкое изменение обстановки.
Психостимулятор уже начал действовать, и я почти без страха втянулся в кровавую взвесь перед крыльцом бара. А ведь это могла быть разбрызганная синильная кислота… Но нет, это была всего лишь вода.
С оружием на изготовку я вошел в узкий коридор, стены которого были выложены диким камнем, по лестнице осторожно спустился вниз. Дверь из мореной доски была открыта настежь, в зале горел красноватый свет.
"Я стремительно вошел в зал, резко сместившись вправо, чтобы прижаться спиной к стене, обезопасив свой тыл, и освободить путь для пулемета. Перед глазами открылась жуткая картина. Уродливый монстр с бесформенной студенистой головой и обвислой морщинистой шеей душил девушку, пристально глядя ей в глаза.
