Блонди и медведь — это напряженная сцена в душном офисе, где секретарь вдруг заявляет о своем уходе. Будто из-под полы выходит тяжеловесный мужчина, незаметно проникший в ее жизнь, и раздавленная она пытается заставить его задуматься на ходу. Атмосфера напряженной борьбы за контроль над ситуацией и неизвестностью будущего....
Каждый раз думай, гадай, правду ты говоришь или нет.
Не хочу.
«Блонди, милая, – начинается новая запись. – Ну что мне сделать, чтобы ты поверила и перестала дуться? Ну, ерунда же! Алиса тебя вылечила, и это главное. Понимаешь?» – в голосе Захара проскальзывают нетерпеливые нотки. Злится он, но как чурбан до сих пор стоит на своем.
«Ну и оставайся со своей Алисой!» – бурчу в сердцах. Душа раскалывается надвое, стоит только подумать, что мы же больше не встретимся. Не увидим друг друга. Все кончено!
Обрываю на полуслове елейные речи Берова.
В дверь снова стучат. Но я не обращаю внимания. Мне бы только ночь здесь пережить, а утром убраться подобру-поздорову.
Не в силах бороться с отчаянием, швыряю вещи в чемодан. Душа разрывается на части. Не хочу никуда уезжать! Сейчас бы кинуться к Захару, спрятаться в его медвежьих объятиях. Поверить каждому слову и жить…
Но умом понимаю – мама права.
«Поздравляем, вы выиграли суперприз!» – словно наяву слышу голос Снегурочки. И я же как дура поверила! А они…
Выходит, за мной следили от самого дома, и квартиру Вадима прослушивали.
«Страшные люди!» – ежусь, как от холода. Смотрю на включившийся экран телефона и одним рывком хватаю трубку.
– Я приехал, Милена, – лениво тянет Вадим. – Спустись, пожалуйста.
– Да, сейчас буду, – решительно закрываю чемодан. – Жди меня в лобби-баре. Это сразу направо от стойки регистрации.
– Я знаю, где это, детка, – снисходительно роняет мой бывший. – Давай, я жду тебя.
Сунув ноги в валеночки, накидываю жилет и оглядываю себя в зеркале. Вид печальный, лицо бледное, глаза заплаканные и тени на пол лица. Но жуткий вид пока можно свалить на недавнюю болезнь.
Вадиму нечего знать о моих терках с Беровым. Еще один схемотехник. Сто лет бы никого из них не знала! И мама тоже хороша.
Спохватившись в последний момент, достаю из коробки перстень.
«Ключи от Крузака должны быть, кажется, на ресепшне!» – размышляю, спускаясь по лестнице. Почти нос к носу сталкиваюсь с Варварой. Бурчу дежурное «извините!» и бегу дальше.
– Милена, постой! – кричит она вслед. Но я не оглядываюсь. Знаю, если сейчас мне расскажут о бедном Захарушке, могу не выдержать и сдаться. А мне до конца выстоять нужно.
