Блонди и медведь — это напряженная сцена в душном офисе, где секретарь вдруг заявляет о своем уходе. Будто из-под полы выходит тяжеловесный мужчина, незаметно проникший в ее жизнь, и раздавленная она пытается заставить его задуматься на ходу. Атмосфера напряженной борьбы за контроль над ситуацией и неизвестностью будущего....
- Потерпи, мой хороший, - снова прошу песеля. А он смотрит на меня недоверчиво, а в глазах боль плещется.
- Гринписа нет на эту Алису, бубню себе под нос. – Выхватит у гринписа эта Алиса, - повторяю словно рэп. Со всех сил нажимаю на защелку. Ломаю ноготь! Но открываю.
- Все, малыш, ты свободен, - глажу собаку и с ужасом смотрю на перебитую конечность. – К ветеринару тебя надо. Сейчас забинтую и поедем, - причитаю, но не знаю, кого больше успокаиваю. Себя или пса.
«Где же Захар?» – оглядываюсь по сторонам.
Пес скулит и отползает в сторону.
- Стоять, Бобик! – велю твердо. – Лежи здесь, а я сейчас поищу, чем тебе перевязать лапку."
"Но мой непослушный пациент снова норовит сбежать.
Еще забьется в угол и там помрет – думаю с содроганием. Остается только ждать Захара. Одной рукой удерживаю крепенько. А другой глажу.
- Ну-ну успокойся. Сейчас Захар придет и поедем. Ты же знаешь Захара, - несу полную чушь. Но на животного мой голос действует успокаивающе.
Сзади хлопает дверь. Оглядываюсь назад. Беров! Собственной персоной.
- Захар, где тебя носит? – шиплю раздраженно.
И только сейчас замечаю у него в руках ружье.
- Милена… Иди сюда, - требует он.
- Что ты хочешь сделать? – кричу, заслоняя собой пса. – Поломанная лапа не повод убивать собаку! Слышишь меня, живодер! – реву в голос.
- Это волк, Милена.
- Волк? – в ужасе гляжу на зверя. – Как волк? Ты чего? У них же глаза желтые.
– Отойди, слышишь! - спокойно воспринимает мою истерику Захар. И как только с винтовкой входит в сарай Лука, делает бросок в мою сторону. Хватает меня за талию. Оттаскивает к шкафу. – Это волк, - шепчет, обнимая. – Сейчас придется вести тебя в травмопункт. Сдавать анализы на бешенство и на туляремию.
- Он меня не касался, - мотаю я головой.
- А кровь? – внимательно рассматривает мои ладошки Захар. – У тебя все руки в его крови.
В ужасе наблюдаю, как Беров достает с полки какой-то флакончик. Открывает зубами и щедро поливает мне на руки. В нос ударяет запах спирта, а кожа на руках скукоживается. Захар отставляет на полку пузырек, достает из кармана белый носовой платок и тщательно вытирает им мои ладошки.
- Не печет? – спрашивает напряженно.
- Нет, все хорошо, - только успеваю сказать, как за спиной раздается выстрел. Вздрагиваю, инстинктивно обернувшись на звук.
