Автор
В черном балахне калеки Дэна Каллагана жажда разума ожидает ванну. Улица наполняется дождем и тревогой, а он стучится в дверь своего сознания — где бесформенное существо Эфи Томасси смотрит на него из-за зеркала каминов.
Она смотрела на узкое, злобное лицо, на горящие глаза и мгновенно вспомнила слова доктора. Дрожь пробежала у нее по спине.
— Убери этот нож, Слим. — Она старалась говорить спокойно. — Что с тобой происходит?
Слим пристально смотрел на нее, потом улыбнулся.
— А ты здорово испугалась, Мамаша, правда? Я видел, как ты задрожала. Ты — как и все остальные… ты тоже боишься меня.
— Не говори глупостей. Ты мой сын, почему это я должна бояться тебя? А теперь отдай мне колье.
— Я тебе скажу, что мы станем делать, — предложил Слим неожиданно твердым голосом.
— Ах ты жалкий кретин!.. — начала было она, но осеклась, увидев, что он спрятал ожерелье.
— Если Мамаша не будет ко мне добра, она его не увидит, — заговорил Слим. — Пойди поговори с ней, Мамаша. Скажи, что я не хочу ей зла: я просто составлю ей компанию. Ты можешь хоть с Доком поговорить, а мне не с кем. И я хочу ее.
"Пока он все это говорил, Мамаша размышляла. Если даже колье окажется у нее, ей не удастся быстро его сбагрить. Придется ждать не меньше месяца, прежде чем можно будет его продать. Слим хотел оставить его пока у себя? Это не опасно, а опасно то, что Слим не посчитался с ее авторитетом. Она опять вспомнила слова Дока. Он оказался прав. Слим ненормален. Он очень опасен, и она не хотела получить нож в живот. Лучше будет сделать так, как он хочет. Во всяком случае, долго это не продлится.
— Убери нож, Слим. — Мамаша приняла решение и отошла от него. — Не вижу причин, почему бы тебе не позабавиться с девушкой. Пойду подумаю, как это лучше устроить.
Слим понял, что одержал победу. Он лежал и посмеивался.
— Вот ты и образумилась наконец, — заявил он, убирая нож. — Постарайся уж — и я отдам тебе ожерелье.
— Я поговорю с ней. — С этими словами Мамаша вышла из комнаты.
В первый раз Слим одержал над ней верх, и это обеспокоило ее.
