Автор
В черном балахне калеки Дэна Каллагана жажда разума ожидает ванну. Улица наполняется дождем и тревогой, а он стучится в дверь своего сознания — где бесформенное существо Эфи Томасси смотрит на него из-за зеркала каминов.
Тебе знакома такая штука? — Мамаша показала ей кусок трубы.
Мисс Блэндиш отрицательно покачала головой. Она только что проснулась от беспокойного сна, и ей казалось, что кошмар продолжается.
— Это больно, — сказала Мамаша и слегка ударила трубой по ногам девушки. Покрывало смягчило удар, но тем не менее он был чувствителен. Сонливость мисс Блэндиш как рукой сняло. Она выпрямилась на кровати, сжав кулаки, глаза ее засверкали.
— Не вздумайте продолжать! — гневно крикнула она.
Мамаша засмеялась:
— И что же ты мне сделаешь?
Она взяла оба кулачка мисс Блэндиш в свою огромную ручищу, продолжая смеяться.
— Смотри не ошибись, моя красотка! Я хоть и старая женщина, но гораздо сильнее тебя. А начну с того, что собью с тебя спесь. Потом поговорим.
Док все еще сидел на ступеньке, когда увидел подъезжающий «бьюик» с Уоппи за рулем. Уоппи подошел к нему.
— Эдди еще не вернулся?
— Нет, а что произошло?
Уоппи прошел мимо Дока в дом. Тот последовал за ним. Док откупорил бутылку скотча.
— Что случилось с Эдди? — спросил он, наполняя стаканы."
"— Ничего не знаю, — ответил Уоппи, взяв один из стаканов. — Мы подъехали к отелю, и они с Флином вошли туда. Я их ждал, пока не увидел двух фликов. Тогда, как мы договорились, я убрался оттуда и покружил вокруг. Когда я туда вернулся, услышал выстрелы. Появились еще флики, и я смылся.
— Кажется, наш друг Эдди попал в неприятную историю.
Уоппи пожал плечами и опорожнил свой стакан.
— Эдди сможет постоять за себя.
Док посмотрел на потолок.
— По-моему, это кричит малышка.
— Я поднимусь и посмотрю. — Уоппи направился к двери.
— Лучше не надо. Там Мамаша.
Оба несколько секунд слушали жалобные крики, потом Уоппи включил радио. Джаз заглушил крики мисс Блэндиш.
— Может быть, я тоже бываю жестоким, — помолчав, сказал Уоппи, — но иногда я готов задушить эту старую ведьму!
Док допил свой стакан и снова наполнил его.
— Будет лучше, если до нее не дойдут такие разговоры, — сказал он, садясь.
В комнате наверху Мамаша, запыхавшись, тоже села. Она смотрела на мисс Блэндиш, корчившуюся от боли.
— Теперь можно и поговорить, — заявила Мамаша.
Но то, что она сказала, заставило девушку забыть о боли.
— Нет! — выкрикнула она.
Мамаша продолжала говорить. Мисс Блэндиш выпрямилась, потом снова упала на кровать.
— Нет!
Мамаша потеряла терпение.
— У тебя нет выбора, идиотка! — пролаяла она.
