Автор
В черном балахне калеки Дэна Каллагана жажда разума ожидает ванну. Улица наполняется дождем и тревогой, а он стучится в дверь своего сознания — где бесформенное существо Эфи Томасси смотрит на него из-за зеркала каминов.
Завтра в десять вечера.
Он повесил трубку, стряхнул в пепельницу пепел сигареты и улыбнулся. Он вспомнил плащ из оцелота — Джимми Уилпинс подумал, что он из тигровой шкуры, — который видел в комнате Торлы Ривертон в отеле «Шартрез». В тот вечер он впервые увидел ее. Как она все-таки хороша!
Он обрадованно засмеялся.
Каллаган лежал в кожаном кресле и курил, когда появился инспектор Грингалл.
Джорджу Генри Грингаллу было сорок три года — самый молодой инспектор в Скотланд-Ярде. Он носил небольшие усики «щеточкой» и был, подобно большинству его коллег, гораздо умнее, чем принято думать о людях его профессии.
— Рад видеть вас, Грингалл, — приветствовал его Каллаган. — Года два мы не вщделись, не так ли? Садитесь, сигареты на столе.
Грингалл положил шляпу на стол, сел в другое кресло и начал набивать трубку.
— А у вас хорошо здесь, Каллаган… — Каллаган пожал плечами. — Лучше, чем на четвертом этаже Чансери-Лейн, — продолжал Грингалл. — Кстати, на днях я видел Цинтию Меральтон[1] и подумал, что вы хорошо справились с тем делом.
Каллаган усмехнулся.
— Думаю, это вы хорошо справились с тем делом, Грингалл. Только благодаря вам удалось закончить тогда эту работу.
Грингалл кивнул.
— Я тоже так думаю, но главную-то работу сделали вы. Странно, — продолжал он, — но мне всегда казалось, что вы женитесь на мисс Меральтон.
— Вы об этом никогда не говорили.
Каллаган смотрел в потолок. Он улыбался. Наступило молчание. Он знал, зачем Грингалл пришел, и знал, что Грингалл это тоже понимает.
Грингалл перевел взгляд на газету, валявшуюся на столе.
— Интересно, не так ли? — спросил он.
Каллаган покачал головой.
— Это дьявольски интересно, Грингалл, но мне это не нравится. Когда я утром увидел газеты, то понял, что моя сотня в неделю испарилась.
Грингалл щелкнул языком.
— Скверно, — сказал он. — Значит, они вам платили?
Каллаган кивнул.
— Это была прекрасная работа. Чем могу вам служить?
Грингалл наклонился вперед и сложил руки перед собой.
— Вы можете помочь мне, Каллаган. Утром я разговаривал с миссис Ривертон — мачехой молодого Ривертона.
Каллаган поднял брови.
— Вам ничего подобного не нужно, Грингалл. И вы знаете это. Дело в шляпе.
Грингалл удивленно уставился на него.
— Откуда вы знаете? — спросил он. — В газетах не было ничего, кроме фактов: смерть Рафано и ранение Ривертона. Я думаю, он тоже умрет, — прибавил он мрачно.
— Работайте сами.
