Наслаждаясь ритмичными вибрациями мощного двигателя, мы пронеслись мимо ожидания и погрузились во тьму ночного города. Водитель "Спартанца" жестами показал нам зеленый сигнал на парковке - единственная надежда нашей спасительной вылазки из центра.
Следом как бы между прочим спросил, кивнув на нашу «девятку» на которой не было номеров:
— Номера тоже делаете?
Ильич посмотрел на меня внимательно, прищурился.
— Надо?
— Надо, раз спрашиваю.
— Делаем.
— И почем?
— Двадцатка, — назвал мужик сумму.
Номера на девятке поменять было надо, но такими деньгами я не располагал — конечно же, Ильич вел разговор не о рублях. А забирать деньги у Рябого и Мухи, пусть и на общее дело, считал неправильным. Однако ездить по Ростову без номеров было не менее палевно, чем с дырками от пуль в кузове.
— В рассрочку оформишь? Я через неделю отдам. Сам занесу или вот через него передам, — я кивнул на алкаша, вернувшегося к «полянке» на багажнике «Москвича».
Ильич явно задумался, потому что он-то первый раз меня видел.
— Отдашь бабки?
— Отдам.
— Вечером будет на номерах тачка.
Я руку протянул Ильичу, пожал крепко. Собрался пацанов своих окликнуть, чтобы по кафе ближайшему поинтересоваться. Они-то местные, а я, если бы Муха за гаражи не сказал, даже название улицы затруднился бы назвать.
Пили-пилик.
Я обратил внимание, что народ у Демида Игоревича весь с пейджерами ходит. Для оперативной связи удобно очень. У меня своего пейджера или мобилы до сих пор не было — надо бы обзавестись на досуге, кстати, а то несерьезно даже. Чувствую себя, как без рук.
Муха «бипер», только-только в стране появившийся, с важным видом достал и сразу нахмурился.
— Боец, случилось, по ходу, че-то. Заур к себе вызывает! Пишет: бегом!
Глава 6
У Заура мы были минут через двадцать. Ехали-то пять минут, а остальные пятнадцать честно пытались поймать бомбилу, который бы согласился подбросить троицу красных молодцев. Но у народа как-то не возникало желания связываться с нами.
Однако один храбрец-таки нашелся. На обочину нырнула желтая «шестерка», за рулем которой оказался молодой парнишка, лет двадцати, выходит, ровесник меня нынешнего. Из кассетника играл свежий блатнячок Вилли Токарева. Мы переглянулись, и я к машине пошел.
