Призывной пункт в тревожном мраке утра: сегодня особенный день для многих новобранцев. В этот час мне 18 лет — и закон признает меня совершеннолетним. Я готов покинуть закованный сталью забор приютского лагеря, пройти через висящий над головами смертельном весе патруля, а вместо этого воссоединиться с миром вне стен этих унылых бараков....
И с каждой секундой смирялся с мыслью, что нужно провести захват.
Теперь он уже больше не сдерживался в выражениях, так как этот парень стал бесполезен. Волна гнева стала накатывать из-за этого тупого паренька, что смеет стоять у него на пути.
— Ты говноед, Закрой свою пасть, иначе договоришься! Я заставлю тебя жрать собственные кишки, и когда ты будешь при смерти, закину в капсулу для восстановления. Ты будешь молить всех богов о том, чтобы мои палачи не успели тебя реанимировать.
— Когда я выставил тебя на несколько тон дури, ты тоже говорил, что я не доживу до завтрашнего утра, однако я снова смог обставить тебя.
— Ты?! — Джим вспомнил тот ад, с которым столкнулся, когда им с Кругом пришлось улепетывать от этой станции после боя. Вспомнил всю ту ненависть и боль разочарования, что жила у него в сердце. Черную метку и предательство, что стало последней каплей, для резкого гнева на этого не пойми кого. Джим перестал слушать голос разума.
Он сбросил соединение, а Круг, понимая, что Джим может наломать сейчас дров, постарался его отговорить от опрометчивых поступков.
— Джим, не нужно сейчас атаковать! Это нужно проверить. Помнишь, я рассказывал тебе про то что если Содружество захочет тебя убрать, то пришлют своего специалиста.
— Что? Какого специалиста? Ты что несешь? Ты его видел? Это утырок чистой воды.
— Послушай меня. Я давно на свете живу. Сам служил в особом подразделении, и советую тебе сейчас не лезть наобум.
— Дед, не неси чушь. Там один хрен, что сейчас будет повешен. Капитаны готовиться к бою. — Последние слова он уже сказал по общей связи.
— Я тебе серьезно говорю. Не лезь туда сейчас. Я по всему вижу, что парень торопится. Кровь из носа хочет, чтобы ты его атаковал именно сейчас. А ты не делай этого. Подожди пару часов. Вот увидишь, что-то тут будет.
Джим в принципе Кругу доверял и его слова засели в его душу здоровым зерном.
— Ну, что, ты уже посовещался со своей мамочкой? Мамочка не разрешает тебе играть с оружием? Говорит, что это слишком опасно? Правильно, слушайся ее. Она плохого не посоветует.
«Вот чертов молокосос. Теперь весь мостик видел наш разговор с Кругом, и теперь будут судачить, что я испугался одного сопливого засранца».
— Джим не надо.
