Колонна, не меняя порядка движения, продолжала двигаться по проселочной дороге, уходившей дальше в лес. В прошлом дорога вполне накатанная, видна колея от колес, едва поросшая травой.
Взрыв прогремел под передним колесом, и передний «Ханномаг» чуть отбросило в сторону. Через задний борт стали прыгать бойцы и искать укрытия за деревьями. Из-за кустов по ним неизвестные открыли огонь из автоматов и винтовок. Но, судя по интенсивности огня, их было всего несколько человек, наблюдателей, которые отправили в лагерь посыльного сообщить о прибывших немцах.
Буторин приказал бойцам на втором бронетранспортере пробиваться через кусты и открыть огонь из пулемета. Грузовику он махнул рукой обойти противника справа. Дым рассеялся, и Виктор увидел Сосновского, который стоял без фуражки за броневым щитком и поливал огнем из пулемета кустарник впереди. Бронетранспортер горел, и баки могли взорваться в любую минуту.
– Черт, что ты делаешь! – проворчал Виктор. – Прыгай, убегай оттуда!
Но Сосновский продолжал стрелять, поводя стволом пулемета то вправо, то влево.
Бойцы из первого бронетранспортера стреляли и перебегали между деревьями, идя на сближение с врагом. И когда второй «Ханномаг» вломился в кусты и открыл огонь слева от первой машины, ответный огонь заметно ослаб, а потом прекратился совсем. Справа через борта грузовика прыгали оуновцы и рассыпались по лесу. Буторин тоже спрыгнул на траву и побежал вперед.
Он сделал всего несколько шагов, когда со страшным хлопком, ударившим по ушам, взорвался бензобак подбитого бронетранспортера.
Выругавшись, Виктор замер, глядя на объятую пламенем машину. Но тут сбоку сквозь треск выстрелов раздался знакомый голос:
– Жалко, потеряли одну машину. Самой ударной силой у нас была, а теперь силы вдвое меньше.
– Любишь ты рисковать, – недовольно сказал Сосновскому Буторин, глядя в его задорное закопченное лицо.
– Трезвый расчет, и не более, – отмахнулся Михаил."
"Бойцы Козореза охватывали базу с трех сторон. Они передвигались перебежками, стараясь стрелять экономно.
Прямо через лес пер, давя все на своем пути колесами и гусеницами, трофейный бронетранспортер, и его пулемет ни на минуту не замолкал. Летела отбитая пулями кора с деревьев, очереди срезали как косой ветви деревьев и кустарника. «Бандеровцы» падали и падали, пытаясь отойти к своим недостроенным дзотам на краю поляны. Полетели гранаты, с хрустом просело перекрытие блиндажа под гусеницей тяжелого бронетранспортера.
