Автор
Несущаяся как живое существо, она несла меня куда-то, растворяясь во мне. Белые доски дороги под моими ногами казались неподвижными фантастическими холмами. Я ожидал услышать шум города, но вокруг было тихо и спокойно.
Он выделил слова «поправки» и «лучше», слегка нахмурив брови, как школьный учитель. Несмотря ни на что, методика показалась неинтересной.
— И когда я могу приступить?
— Мы начинаем занятия с двадцать второго августа. И потом каждую неделю.
— Только с двадцать второго августа? А раньше нельзя?
— Нет, все в отпусках.
Я пропал. Генеральная ассамблея, если я собираюсь на ней выступать, назначена на двадцать восьмое. Я успею позаниматься всего одно занятие, а этого явно недостаточно… Я поделился с ним своей проблемой…
— Конечно, это не идеальный выход из положения.
Последнюю фразу он произнес с упреком.
44
— Дорогой Алан Гринмор! Как дела?
Я смутился: неизвестная дама, которую я видел впервые, бросилась ко мне с таким пылом, словно мы были друзьями лет двадцать… Половина клиентов обернулись к нам. Полуприкрыв глаза, она театральным жестом протянула мне расслабленную руку ладонью вниз.
Я ее пожал, не сильно, но и не слабо.
— Здравствуйте, мадам Веспаль.
— Мой милый Раймон Верже рассказывал о вас столько хорошего…
Я плохо представлял себе бывшего редактора «Монд», рассыпающегося в комплиментах моей персоне.
— Садитесь, пожалуйста, — сказала она, указывая на стул рядом с собой. — Это мой столик, и вы — желанный гость. Жорж!
— Мадам?"
"— Что вы закажете, Алан? Вы ведь разрешите мне называть вас Алан, правда? Такое приятное имя… Я полагаю, вы англичанин?
— Американец.
— Это одно и то же. Чего бы вам хотелось?
— М-м-м… Кофе, пожалуй.
— Но ведь вы не откажетесь от глотка шампанского? Жорж, друг мой, два бокала!
В этот августовский вечер на террасе «Дё Маго» было тесно от туристов и завсегдатаев, у которых была привычка переговариваться через столики. Кристин Веспаль, как и ожидалось, была в монументальной бледно-розовой шляпе с искусственными фиалками наверху и матерчатой птицей цвета фуксии на одном из полей.
— Мой милый Раймон сказал, что вы интересуетесь Жако?
— Жако?
— Ну да, он мне сказал: «Расскажи ему все, что ты знаешь о Лакане». А я ему ответила: «Дорогой, ты абсолютно недооцениваешь, насколько долго я могу говорить на эту тему.
