Скорее, конечно, не ими, а ее мужем, который, наверное, сразу почувствовал и был покорен искренностью девушки, ее сердечностью, порядочностью, готовностью сострадать и сочувствовать другим. А она, донья Елена, к своему великому огорчению, этого не поняла поначалу. Стыдно вспомнить теперь, как унижала она Марианну, когда та только появилась у них, как старалась ненароком подчеркнуть ее положение в доме – положение служанки, – как донья Елена, вопреки воле сеньора Сальватьерра, сразу определила ее статус… Боже, стыд, какой стыд она испытывала, перебирая в памяти события недавнего прошлого. А теперь, наверно, никто, кроме Марианны, не понимал и до конца не принимал близко к сердцу всего, что происходило. Донья Елена видела, что ее сын и девушка, вопреки всему, продолжали, любить друг друга.
Донья Елена не раз ставила себя на место девушки, пытаясь понять, что же так привязывает ее к сыну, что позволяет терпеть, не впасть в отчаянье. И она наконец поняла: Марианна в глубине души не могла верить, что Луис Альберто – недостойный лжец. Верила, что он не виноват: Эстер – вот его беда, причина зла. Все остальное – внешние проявления гордости, порою деспотичности.
Донья Елена, поддаваясь интуиции, материнскому чувству, уговаривала Марианну отложить свадьбу хотя бы на время. Но Марианна, выслушав доводы сеньоры, не возражала, только сказала:
– Я боюсь, что однажды перестану считаться с тем, что ваш сын женат. Забуду о вас, о доне Альберто. Представляете, что тогда?
– Может, девочка, тебе переехать в другой город? – искала выход сеньора. – Подальше отсюда? От Мехико?"
"– Но куда, куда, донья Елена, мне уехать, чтобы забыть о нем, куда спрятаться, чтобы он меня не нашел?
– Дочка, нельзя выходить замуж без любви, это я знаю определенно…
– Я люблю Леонардо, может быть, по-другому, чем Луиса Альберто, но надеюсь, когда выйду за него, забуду все, что было прежде.
– А он, Марианна, забудет ли он тебя?..
Этот разговор с Марианной не выходил из головы, весь день преследовал ее, и, когда вечером донья Елена поднялась к себе в спальню, у нее вырвался горестный вздох:
– Не любит, не любит она Леонардо, Альберто!
– Я знаю об этом, Елена. Марианна решила выйти замуж, чтобы оборвать все нити, связывающие ее с нашим сыном, который все на свете хочет взять силой и наглостью. Другого он себе просто не представляет.
– Альберто, ты несправедлив к нему. Сын так страдает, я же вижу. Он любит Марианну По-прежнему…
– Елена, прошу тебя… Думаю, он не столько любит, сколько привязался к ней за это время. Марианна – для него запретный плод, который чем дальше, тем желаннее… А он привык получать от жизни то, что хочет. Но так ведь не всегда… бывает.
– Ты считаешь, что наш сын не способен на искренние чувства?
– Я тебя не понимаю, Елена.