Автор
Олеся ринулась на свою маму, словно зверь на добычу. В её взгляде читается ярость и решимость сорвать всю маску уважения и любви. Странный крик разрывал воздух, прерывая тишину дома – это не была обычное семейное конфликтное выражение недовольства, а гнев захлестывающий её душу и сердце....
И через паузу, обращаясь к девчонке за моей спиной:
– Так ведь, Алис?
Если честно, то вместе со звонком я успел, нажать запись того, что происходило. Всякое бывает. Плавали, знаем.
Но мне интересно, что ответит девочка. Поэтому поворачиваюсь в ее сторону.
Трясущимися руками она стягивает на груди разорванную блузку.
Судорожный вздох и прежде чем ответить, зажмуривается:
– Артём... – голос у нее хрипит и выговорить сразу не получается, ? Артём правду говорит.
Хмыкаю. Злиться на нее не получается. Несчастный, напуганный заяц.
Поворачиваюсь к Антонову. Раз он пришел сюда, значит слышал, что происходило.
Но именно на его лице я вижу испуг. Он отводит взгляд, стараясь не встречаться со мной глазами. Гипнотизирую его: ""Ну же, скажи правду"".
Он... молчит.
А я-то думал, он – мужик.
– В кабинет директора. Все! Живо! – рявкает Жарикова.
Подчиняюсь, успев скинуть матери сообщение: ""Приезжай! Срочно"".
Мы с Холодовым идем последними. Не знаю, почему, но мне не страшно.
Неожиданно слышу за своей спиной голос Артема:
– Видишь, как получается, Матвей. Ты ни в чем не виноват. Но расплачиваться будешь. И все кто знают правду, побоятся встрять. Хотя ты не испугался. Однако, что в итоге? Выгонят из школы, привлекут к уголовной ответственности за попытку изнасилования. Но зато ты станешь умнее.
Я не понимаю, он меня спровоцировать на драку пытается?
– Не переживай, Артем. Я и так умный. Из школы выгонят, это да. Но так уж она мне нужна? Если здесь порядок навести не могут... А всё остальное... Не говори ""гоп"", пока не перепрыгнул.
Жарикова настолько вышла из себя, что загнала нашу процессию в кабинет к директору, даже не спросив у него разрешения.
И очень об этом пожалела.
Директор был не один. У окна в его кабинете, спиной к нам стоял высокий, черноволосый мужчина.
Который, обернувшись к нам вполоборота, спокойно спросил:
– В чем дело, Артем?
Почему-то именно у него.
В кабинете установилась давящая тишина. Артем и стоявший у окна человек смотрели друг на друга. Пока они играли в гляделки, я успел заметить, что они похожи. Скорее всего, отец и сын.
Директор школы, Антонов и Жарикова замерли, чувствуя себя не в своей тарелке.
Девчонка сжалась в комок, покраснев как спелый помидор на бабушкиной грядке.
