Герой возвращается в родной мир, принеся с собой хаос из других реальностей. В Вышгороде открылись врата в параллельный мир, Зевс бесится в Верхнем мире, а главный персонаж оказывается в центре междумирного конфликта. Циркус только начинается, и каждый момент может перевернуть все вверх дном.
Раздел Chitat.online для книги «Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Герой возвращается в родной мир, принеся с собой хаос из других реальностей. В Вышгороде открылись врата в параллельный мир, Зевс бесится в Верхнем мире, а главный персонаж оказывается в центре междумирного конфликта. Циркус только начинается, и каждый момент может перевернуть все вверх дном.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой возвращается в родной мир, принеся с собой хаос из других реальностей. В Вышгороде открылись врата в параллельный мир, Зевс бесится в Верхнем мире, а главный персонаж оказывается в центре междумирного конфликта. Циркус только начинается, и каждый момент может перевернуть все вверх дном.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Тут я услышал грустный всхлип Арахны:
— Данечка…
Повернувшись, я буквально столкнулся с ее синеньким щуплым тельцем.
— Ну-ну, — только и смог я проговорить, утешающе похлопывая паучиху по острому плечику. — Ну же, не плачь. Ты же богиня. Богиня древняя, могучая… У тебя есть платок? А, ну конечно, откуда бы. Гермес, платка не найдется?
— Только если за отдельную плату, — проворчал тот. Но тем не менее вытащил из кармана платок и направился к нам. — Вот.
Я вытер Арахне слезы и нос, пригладил кое-как волосы.
— Теперь порядок, — ободряюще улыбнулся я. — Ты уж прости, что так получилось с твоим храмом. Откуда мне было знать? Но я приложу все усилия, чтобы исправить случившееся. Обещаю. Отстроим тебе новое святилище не хуже прежнего! Поняла? Пусть это займет какое-то время, но все будет, правда! Ты знаешь, я слов на ветер не бросаю.
— Даня-я-я, — совсем расклеилась Арахна, утопая в слезах и соплях. — Меня же тут никто не лю-ю-юбит… Никто не будет ходить в мой храм, даже если он бу-у-удет…
— Ох, горе ты горькое, — вздохнул я, обнимая бедняжку.
— И с чего это они тебя не любят, правда? — буркнул Гермес. — Ты же всегда такая милая и дружелюбная!
— Свали, смазливый! — злобно прошипела на него Арахна. — Глаза бы мои не глядели!..
— Ну вот опять, — развел руками олимпиец.
Я с укором посмотрел на Гермеса.
— Он не это имел в виду, — мягко проговорил я, поглаживая Арахну по голове. — Просто нужно поднять твою популярность в городе. Это тоже задача решаемая, поправимая. Опыт у меня уже есть… Ну хватит, не плачь. А то у Гермеса, думаю, в запасе нет других платков…
Мне правда было ее искренне жаль. Я вообще всегда терялся перед плачущими женщинами. Вне зависимости от численности ног.
И тут меня окликнули:
— Даниил из Парящего Грифа!
Голос был женский, звонкий и молодой.
— Не пойму, о моем вторжении была сводка от советского информбюро, что ли? — пробормотал я, обернувшись.
Ко мне, покачивая крутыми бедрами, направлялась одна из кошек Нергала — в черном костюме, как у Ники, и с оружием у пояса.
Остановившись в паре шагов, она молча протянула мне свернутое в трубочку письмо.
Арахна даже плакать перестала. Гермес тоже с любопытством смотрел, как я с серьезным видом читаю письмо, где черным по белому было написано: «Поздравляю с возвращением, удачливый ты сукин сын! Жми в подполье. Срочно. А то мясо стынет и стаканы все еще пусты.» Ниже стояла размашистая подпись, в которой легко угадывалось имя Нергала.
Как будто я без подписи не догадался бы, кто мне такое послание отправил.
На душе стало хорошо.
Все-таки круто возвращаться туда, где тебя ждали.
— А подполье — это что? — негромко спросил я кошку.
— Ну… это подполье, — невозмутимо, как прирожденный капитан Очевидность, отозвалась кошка. — Подземелье под ратушей.
Я присвистнул.
