Герой возвращается в родной мир, принеся с собой хаос из других реальностей. В Вышгороде открылись врата в параллельный мир, Зевс бесится в Верхнем мире, а главный персонаж оказывается в центре междумирного конфликта. Циркус только начинается, и каждый момент может перевернуть все вверх дном.
Раздел Chitat.online для книги «Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Герой возвращается в родной мир, принеся с собой хаос из других реальностей. В Вышгороде открылись врата в параллельный мир, Зевс бесится в Верхнем мире, а главный персонаж оказывается в центре междумирного конфликта. Циркус только начинается, и каждый момент может перевернуть все вверх дном.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой возвращается в родной мир, принеся с собой хаос из других реальностей. В Вышгороде открылись врата в параллельный мир, Зевс бесится в Верхнем мире, а главный персонаж оказывается в центре междумирного конфликта. Циркус только начинается, и каждый момент может перевернуть все вверх дном.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я подорвался из-за стола, так и не успев даже толком приступить к трапезе. Грохоча сапогами по выскобленному добела деревянному полу, рванулся к дверям и вылетел на улицу.
Следом за мной подорвался и Нергал.
— Ну и кому я только что про осторожность рассказывал, а? Стой, говорю! Даже поесть не успел, а уже вторая курица образовалась!..
А я между тем бежал своей птичке навстречу, мысленно проклиная себя за то, что оставил Оракула одного. Ведь у него нет никаких других навыков, кроме круглосуточного наблюдения за всем и вся, и он застрял в обычном человеческом теле. О чем я вообще думал? Он ведь даже банальному вору по лбу дать не сможет!
Оракул же несся по полупустой улице, замотанный в белую простынь. Та развевалась на бегу, как белый флаг. Прохожие в испуге расступались в стороны, пропуская орущего чудака в простынке, а следом за ним с визгом и руганью неслись две банщицы и ярко накрашенная пожилая дама в алом платье с пугающим декольте, из которого так и норовило выскочить все ее увядшее богатство.
— Держите вора! Держите! — кричала одна из банщиц, угрожающе размахивая большой деревянной палкой.
— Плати штраф, мерзавец! — визжала декольтированная дама.
— Даня, спаси!!! — вопил Оракул, вытаращив глаза, полные испуга и отчаяния.
И глядя на девушку в красном, которая если и была когда-нибудь прекрасной, то разве что лет сорок назад, я вполне разделял его чувства.
Просил же привести ему кого-нибудь посимпатичней и помоложе, даже доплатил за это!
— Что здесь происходит? — с самым строгим видом взглянул я на женщин, в то время как бедный протобог в юношеском обличье скрылся у меня за спиной."
"Нергал, без труда догнавший меня, вмешиваться в разговор не стал, а напротив, отступил в тень за фонарем.
— Он утащил нашу простынь и испортил комплект дорогого постельного белья! — с упреками набросилась на меня банщица. — Мало того, он еще и всю комнату нам перепачкал! Кошмар! Устроил скандал, перебил посуду! Привели, понимаешь, какого-то бродягу умалишенного!..
— И все вышеперечисленное случилось, когда к нему вот эта фея вошла? — с самым суровым видом поинтересовался я, покосившись на даму в красном.
Краем глаза я видел, как мой патрон прикрывает рукой рот и подбородок, чтобы не рассмеяться. А чего смеяться-то, сам бы обрадовался, если бы вместо симпатичной кошки тебе полумумию подсунули?
— Да помилуйте, — тяжело дыша проговорила дама, сердито вынимая из рукава тонкий белый платок. — Какая фея, о чем вы! Я — маман приличного заведения! А этот человек!.. Он… он опозорил одну из моих девочек! — взвизгнула она, пустив фальшивую слезу и тут же промакивая ее платком. — Испортил малышке всю репутацию. Можно сказать, обесчестил!..
