В кабинете генерала Кутузова тесно и дружно стоят чины царского войска. Дверь внезапно распахивается, и адъютант влетает, едва не сбив рапорты со стола. Его лицо бледное от натуги, но голос остается твердым: "Ваше Превосходительство, пять тысяч чудовий уничтожены. Данила Степанович Вещий-Филинов." Кутузов замер в своем рапорте, затем медленно поднимает брови, словно прочитавший что-то важное....
Я киваю, позволяя лёгкому интересу отразиться в глазах.
— Игорь Семёнович, о каком из двух предприятий вы говорите?
— Что⁈ Двух⁈ — Мстиславский выпучивает глаза, в его голосе звучит искренний шок. — Мой племянник проиграл в карты только лесозавод!
— Эта информация устарела, — вздыхаю, делая вид, что мне даже жаль его просвещать. — Герман Борисович проиграл также графу Сибирскому рыбный завод «Окунь». А я, в свою очередь, выкупил его у графа.
Мстиславский замирает, лицо его вытягивается в шоке, взгляд мечется, а в глубине души он, видимо, уже проклинает нерадивого племянника.
Но быстро берёт себя в руки и, будто ничего не случилось, произносит с нотками высокомерия:
— Хорошо, Данила Степанович. Если так, то мы готовы выкупить оба завода за полцены.
Я приподнимаю бровь."
"— Полцены? Щедро, безусловно. Но, пожалуй, я не готов продавать эти предприятия даже за полную стоимость.
На лице Мстиславского отражается раздражение.
— Мы будем добиваться аннулирования сделки, — резко бросает он.
Я делаю удивленный вид, приподняв брови.
— Не последнего образца?
Одновременно через Ломтика заглядываю усадьбу Мстиславских. А там уже малой находит пустой кабинет главы рода Мстиславских. Подключившись к щенячьим глазам, быстро нахожу полку с печатями. Малой, слегка неуклюже держа печати зубами, принимается ставить их на оба векселя. Сам при этом исправно испачкался в штемпельной краске.
Затем я медленно сую руку под пиджак, будто во внутренний карман, но на самом деле извлекаю документы из теневого кармана.
Небрежно разворачиваю их и, не торопясь, показываю.
— Вы уверены?
Мстиславский инстинктивно наклоняются ближе… и тут же бледнеет.
На бумагах стоят все возможные печати, включая самые редкие — их пятнадцать штук, вплоть до штампа «Немедленно к исполнению».
— Откуда… — потрясённо бормочет дядя Германа, глядя на меня с расширенными глазами.
Я пожимаю плечами,
— Так, видимо, получилось.
Неторопливо убираю документы обратно в теневой карман, затемпрохожу мимо ошеломлённого Мстиславского.
— До скорого, Игорь Семенович.
Он не двигается, только молча провожает меня взглядом, его челюсть едва не падает на паркет.
Тем временем оркестр затихает, и Гришка подает мне знак, вставая в центре зала.
![Обложка книги Гроза ада (БЕСсильный чемпион) [Компиляция 1-7]](/uploads/posts/images/1/groza-ada-bessilnyi-chempion-kompiliatsiia-1-7.jpg)
